прервал стук во входную дверь. Это были первые родственники папы, и как только они начали прибывать, их поток продолжался весь день. К большому разочарованию мамы, несколько человек заявили, что хотят остаться с нами, и к вечеру все свободное место было заполнено родственниками.
Можно было сказать, что они были родственниками отца – по их взглядам и ожиданиям, что они будут относиться ко всем остальным как к слугам, ожидая, что их накормят и им будут прислуживать. Несколько раз грубые замечания, в основном адрес мамы или Молли, приводили меня в ярость. Я набрасывался на одного из них, готовый надрать ему задницу, но Молли вмешивалась, снова и снова шепча: - Не сейчас, сладенький, - и уводила меня в сторону.
Только тетя Дебби, казалось, могла кого-то запугать. После нескольких секунд ее испепеляющего взгляда можно было броситься в укрытие. Близнецы не обращали внимания на напряжение, царившее в доме, и были счастливы поддержке, которую, казалось, оказывала им эта часть семьи. Думаю, с этим ничего нельзя было поделать. В конце концов, мои братья определенно пошли в отца по линии семьи.
Не имея выхода своему разочарованию, я старался проводить с мамой как можно больше времени, и из-за свирепого взгляда Дебби, южного гостеприимства Молли и моего сдерживаемого гнева семья отца почти не придиралась к маме по поводу организации похорон и распоряжения некоторыми вещами, принадлежащих отцу.
Единственным по-настоящему неприятным моментом за все время нашего пребывания здесь было то, что одна из сестер отца, тетя Уилла, пригрозила вынести из дома так называемую семейную реликвию, независимо от того, давала мама разрешение или нет. Ситуация быстро разрешилась, когда Дебби встала между мамой и тетей Уиллой. Она сообщила ей, что, если она попытается сделать это без...Кэрри, то похороны Фрэнка будут не единственными, которые у нас будут через два дня.
Молли вошла с тарелкой печенья и, мило улыбаясь, спросила: - Печенье? - Мама, которая в отчаянии кусала губы и пыталась не врезать своей свояченице, улыбнулась, когда оскорбительная женщина поспешно ретировалась, а я откинулся на спинку стула и хохотал до упаду. Дебби провела большую часть оставшегося вечера в компании Молли и, на мой взгляд, оценивала ее, как прекрасное ювелирное изделие, которое она собиралась купить.
После этого между мамой и семьей отца возникло сильное напряжение, но разговоров между ними было очень мало. Все остальные критические замечания остались невысказанными...хотя они, казалось, с удовольствием продолжали есть еду, которую Молли ставила на стол.
В течение следующих двух дней у нас с мамой практически не было времени на себя, и лучшее, что нам удалось сделать, - это несколько спокойных минут перед сном, когда она зашла в мою комнату пожелать спокойной ночи нам с Молли. Молли незаметно оставляла нас наедине, спускаясь вниз, чтобы закончить какие–нибудь кулинарные приготовления на кухне - часто в компании тети Дебби, которая, казалось, была очарована младшей версией своей сестры.
****
Следующий день был, как мы называем, "днем посещений". Тело моего отца было подготовлено и выставлено на всеобщее обозрение в похоронном бюро, и мы стояли рядом с ним с полудня до девяти вечера, принимая соболезнования от друзей и семьи. Если вы когда–нибудь делали это, то это очень сюрреалистичный опыт - слушать истории и воспоминания о тех, кого вы потеряли, плакать, пожимать руки и встречаться с совершенно незнакомыми людьми, пока у вас не закружится голова.
На следующий день мы отслужили заупокойную службу по отцу и похоронили его на тихом кладбище недалеко от города. Мы выбрали это место из-за его сельского пейзажа: неподалеку был большой лес, где он охотился на белок и
ПРОСЬБА ПОДРУГИ