казалось, тоже немного возбудилась. Ее выпуклые соски набухли под тонким хлопком ночной рубашки. Наконец, она просто рассмеялась, а затем, расставив свои длинные стройные ноги, вылезая в окно. - Спокойной ночи, старший брат. Отдохни немного. С нашими мамочками-нимфоманками, я полагаю, тебе это понадобится.
Она вышла из окна прежде, чем я успел пожелать ей спокойной ночи, но она вернулась, наклонила голову и случайно распахнула ворот своей ночной рубашки, обнажив большую часть своих больших сисек, сказав: - Я рада за тебя, Томми, и за то, чего это стоило. Я думаю ты с Молли будете так же счастливы, как папа с мамой! - Она послала мне воздушный поцелуй и сказала: - Я люблю тебя, брат, - а затем ушла. Через несколько мгновений я услышал, как закрылось окно ее спальни.
Я постоял там с минуту. В голове у меня все смешалось. Наконец, я сбросил одежду и упал на кровать, несколько раз сочувственно погладив свою эрекцию, думая о маме и о маме Кэрри и даже о своей сестре. В конце концов, я решил не дрочить. Я понятия не имел, что будет завтра, но подозревал, что дни, когда я занимался мастурбацией, подошли к концу. С этой мыслью я заснул с легкой улыбкой на лице.
*************************************
На следующее утро я спустился к завтраку и увидел, что папа рассматривает мамино новое обручальное кольцо. Они вдвоем сидели за старым, покрытым царапинами кухонным столом, который принадлежал еще моей прапрабабушке Полли...тезке сестры. Мама улыбалась от уха до уха, а ее лицо слегка покраснело от смущения, когда папа посмотрел на меня и, присвистнув, сказал: - Какой красивый камень. Как, черт возьми, ты смог себе это позволить?
Я согнул руку, напрягая мышцы, и сказал: - Тяжелая работа и пот. Это за последние три года, когда я косил газоны, сажал деревья и кусты. - Мамины глаза расширились, и я понял, что она собирается возразить, бросился к ней и крепко поцеловал в губы, заглушая все, что она собиралась сказать. К моей радости, она ответила на мой поцелуй, приоткрыв губы и втянув мой язык в свой рот. Когда поцелуй закончился минуту или две спустя, я добавил, затаив дыхание: - И я не взял ни пенни из своих денег на колледж!
Мамины глаза расширились и, казалось, увлажнились, когда она выдохнула: - Я так сильно люблю тебя, сынок! - Она обвила меня руками и крепко прижала к себе. Я почувствовал, как мой член быстро затвердел, когда я понял, что под ее желтым сарафаном в цветочек на ней не было лифчика, и, судя по тому, что я мог разглядеть, положив руку на ее ягодицу, это было самое большее, что я мог сказать, - еще одно бикини-стринги.
Это заняло несколько мгновений, но я, наконец, вспомнил, что в комнате есть и другие люди. Мама велела мне сесть, что я и сделал, после того как принял рукопожатие и объятия от папы, который смотрел на меня. Выражение его лица было гордым, любопытным и даже немного грустным одновременно.
— Все в порядке, пап? - Спросил я, не уверенный в этом странном выражении лица.
Папа вздохнул и кивнул. - Когда-нибудь ты посмотришь на своих собственных детей, Томми, и вдруг задашься вопросом: "Когда, черт возьми, они успели вырасти и что, черт возьми, мы сделали, что позволило им стать такими хорошими?" - Он продолжал смотреть на меня с тем же странным выражением и тихо сказал: - Я горжусь тобой, сынок.
— Мы все такие, - сказала мама Кэрри, внезапно появившаяся рядом со мной, все в том же облегающем
о нас, с начала