с ноги на ногу, явно с трудом подбирая слова. Его смущение забавляло меня, и я уже стояла с открытой ухмылкой, ожидая, когда же он наконец выскажется.
После нескольких неудачных попыток он начал с неожиданного комплимента:
— Ты... э-э-э... смелая девчонка, — его слова заставили мои щеки вспыхнуть. Затем, сделав глубокий вдох, он выпалил: — Давай переспим? Я заплачу.
Меня будто обдали ледяной водой. Вся моя игривая уверенность мгновенно испарилась. Мне вдруг стало неловко, даже противно.
Он, не замечая моего замешательства, продолжал торопливо оправдываться:
— Мы в дороге уже неделю... Женщин давно не было... Дам хорошие деньги! И теленка у родителей куплю дороже...
Я чувствовала, как жар стыда разливается по всему телу. Полотенце вдруг показалось мне слишком маленьким, а моя поза — неприлично откровенной. Я крепче прижала ткань к груди, желая только одного — чтобы это поскорее закончилось.
— Нет, — наконец вырвалось у меня, резко перебивая его поток слов.
Его лицо, секунду назад подобострастно-заискивающее, исказилось в гримасе разочарования.
— Я... я провожу вас, — пробормотала я, опустив глаза.
Но в последний момент, что-то заставило меня бросить взгляд вниз. Обтягивающие шорты ясно выдавали его возбуждение. Нет он не стоял колом, но было видно, что его дружок уже набух.
К собственному удивлению, я почувствовала странное удовлетворение от этого — значит, мое «шоу» не прошло даром.
Дорога к калитке показалась бесконечной. Небольшой двор вдруг растянулся в моем восприятии, каждый шаг отдавался учащенным сердцебиением. Шок постепенно растворялся, уступая место нарастающему возбуждению — теплому, щекотливому, заполняющему все тело.
Я шла чуть впереди, чувствуя, как с каждым шагом воображение разгорается все ярче. В голове вспыхнула дерзкая мысль: «А что если...?»
Образы нахлынули лавиной: его грубые руки на моей коже, запах пота, жаркие объятия прямо здесь, во дворе... Может, сбросить полотенце? А если их двое? Один сзади, другого принимаю губами... Голова кружилась от этих картин.
Мысли поглотили меня полностью. Я даже не заметила, как оказались у калитки.
— До свидания, — бросил он недовольно и вышел.
Я застыла, охваченная противоречивыми чувствами. Тело дрожало от нереализованного желания, слова застряли в горле.
Перед калиткой — небольшая аллея, укрытая густыми сливами. Я наблюдала, как его фигура медленно удаляется, растворяясь в зеленой дымке листвы.
И тогда... полотенце соскользнуло с моего тела, бесшумно упав к ногам. Я стояла обнаженная, сжав кулаки в тщетной надежде, что он обернется. Но он свернул за угол и исчез.
В душе — странная смесь разочарования и облегчения. Подняла полотенце, закрыла калитку...
Разочарованная, но одновременно чувствуя какое-то облегчение зашла в дом и рухнула на свою кровать.
Я лежала и переваривала, что произошло, и что я только что чуть не совершила.
Не знаю сколько я так провалялась, кажется целую вечность, позволяя своему изможденному телу остыть от похоти и расслабиться.
Но вдруг, что-то заставило меня подняться и выглянуть в окно, моя комната как раз входила на дорогу, и тут я увидела грузовой автомобиль.
Они еще здесь! Сердце заколотилось с новой силой. Что делать? Надо что- то сделать!
Я вскочила, дрожащие ноги сами понесли меня к выходу.
Стоп!
Я голая!
Надеть платье? Какое?
Руки дрожали, перебирая вещи в шкафу, а глаза то и дело возвращались к окну — все еще там...
Почему не уезжают?
Казалось, я теряю контроль над собой. Тело требовало продолжения, разум метался между страхом и желанием. Машина стояла... Ждала... Звала...
Мой выбор пал на легкий летний сарафан с тонкими лямками, едва прикрывающий бедра. Последний взгляд в окно — машина все еще там. В животе предательски похолодело, но ноги сами понесли меня вперед.
Я шла, будто сквозь туман. Тридцать метров до машины казались бесконечными. С каждым шагом дрожь в коленях усиливалась, а во
Мой замечательный шеф. Часть 2