и именно такими они и были. Незадолго до заката они остановились на ночлег. Их разведчики не обнаружили ничего тревожного на многие мили вперед.
У костров во время вечерней трапезы было немного тихо, но этого следовало ожидать в первую ночь такого путешествия. Они ехали в неизвестность, не зная, чего ожидать от врага или даже от потенциальных союзников. Робан ожидал, что ночлег будет по меньшей мере таким же невеселым, как и во время их путешествия в поисках амазонок. Денисса и Рабина подтвердили его мысли, молча и уединенно разложив свои спальные одеяла. Вздохнув, Робан последовал их примеру. У Атеи, очевидно, были другие намерения. Она разделась, не обращая ни на кого внимания, и обнаженной скользнула под одеяло Робана. Счастливо хихикающая Менджа последовала ее примеру, и Робан снова оказался в окружении обнаженных девушек. Не совсем то, чего он хотел, но гораздо лучше, чем чувствовать себя одиноким и покинутым.
— Завтра вечером я снова оставлю тебя одного. Сегодня я хочу показать им всем, что я уже большая девочка и не боюсь большого плохого мужчины. Пожалуйста, можно я останусь с тобой на ночь? - Менджа умоляюще смотрела на него широкими щенячьими глазами, еще теснее прижимаясь к его боку.
— Конечно, можешь. Я горжусь тобой, Менджа. Ты гораздо храбрее их всех. Притворщики с позорным лицом заплатят за свое предательство. Я решила, что Денисса, эта предательская сучка, останется девственницей еще на некоторое время. Скоро мы увидим, насколько важна для нее репутация. - Атея рассмеялась.
Атея говорила негромко. В ответ они услышали чей-то смех и чьи-то удрученные стоны. О происхождении обоих звуков догадаться было нетрудно, поскольку оба голоса были очень знакомы. Однако вскоре снова наступила тишина, и все мирно уснули.
На следующее утро Хассика и Нируми сидели за завтраком вместе со своей группой.
— Я удивляюсь, как такой молодой человек может быть таким ужасным. Ты всегда была такой, Атея? - спросила Хассика, улыбаясь.
Атея отказалась, покачав головой, а Робан кивнул в знак подтверждения.
— Не была! Когда я была маленькой девочкой дома в Фалькате, я была идеальным солнышком. С шести до четырнадцати лет я жила как рабыня-служанка, покорная и боязливая. Уверенность в себе появилась у меня недавно, после того как мой брат нашел и вызволил меня из рабства, - сказала Атея, бросив взгляд на Робана.
— Не слишком ли ты скромна, чтобы называть это самоуверенностью? Ты – живой кошмар для всех, кто тебе противостоит, и безжалостна, чтобы получить все, что захочешь! - усмехнулась Хассика.
— Это жестоко. Ты хочешь сказать, что я тебе не нравлюсь? - Атея надулась.
— Нет! Ты мне нравишься, но даже если бы это было не так, я бы не посмела тебе об этом сказать. - Хассика рассмеялась.
— Я хочу быть такой же, как она, когда вырасту! Все будут бояться меня, и никто не будет пытаться навредить мне или моим друзьям! - сообщила им решительная Менджа.
— Ее влияние на детей пугает. - Сказала Денисса, наблюдая за Менджой. - Но не так страшно, как влияние Робана, - задумчиво закончила она.
— Вчера я говорила со многими друзьями и надеюсь, что вы двое – все то, что я слышала, и даже больше. Боюсь, что кошмары и ужас – это все, что у нас есть для борьбы с императором Мантакином и его армией, - обеспокоенно сказала Нируми.
— Не стоит недооценивать силу страха. Слухи о Мантакине, которые ты нам рассказывала, правда это или ложь, призваны вселять страх в их врагов. Это мощное оружие, чтобы победить сопротивление, и движущая сила их армии. Страх
ТРУДНЫЙ СЛУЧАЙ