может решить исход битвы задолго до первого удара оружия. Ты – воительница-амазонка Нируми, позволишь ли ты своим врагам использовать страх как оружие против тебя? - спросил Робан. Его голос, хотя и низкий и спокойный, заглушал все разговоры вокруг.
Нируми напряглась, и ее обеспокоенное выражение изменилось, когда она посмотрела на него.
— Не позволю. Слишком долго я жила как шпион среди крестьян и купцов. Я снова стану воином. Спасибо, Робан. - Поклонившись ему, она встала и покинула место у костра.
— Черт! Теперь я возбуждена! - буркнула Хассика.
Судя по его взглядам, не только на нее подействовала речь Робана. Хотя большинство амазонок отреагировали не так, как Хассика, у слушавших их амазонок был такой вид, словно кто-то влил в их позвоночник быстро затвердевающую сталь. Казалось, никто не хотел попасться на глаза хотя бы отдаленно сомневающимся.
— Я больше не единственная амазонка, жаждущая члена! - сказала Хассика, смеясь. Рабина покраснела еще больше.
— Может, это Атея. Она начала пахнуть, когда слушала Робана. Я уже чувствую обычный эффект, - предположила Денисса.
— Да ладно, как будто для того, чтобы возбудиться, нужно какое-то постороннее влияние. Забавно, но Рабина, как и ты, краснеет и капает одновременно. Я думала, это особенность девственниц, - размышляла Атея.
— Девственность тут ни при чем. Это называется застенчивостью! Неудивительно, что ты не можешь постичь столь странное чувство, - надулась Денисса.
— Когда мне исполнится четырнадцать, я тоже захочу Робана для ритуала взросления. С ним гораздо веселее, - весело воскликнула Менджа.
— Вот видишь, настоящее дурное влияние! - снова заявила Денисса.
— Замолчи! А то ты так и останешься девственницей, когда это случится, - пригрозила Атея.
— Успокойтесь, девочки, нет причин для ссор. Мы сможем решить, кто из нас самый озабоченный или самый целомудренный, когда доберемся до Нотабира. А до тех пор вы можете остыть? - спросила Хассика.
— Что ты имеешь в виду? - недоверчиво спросила Атея.
— Мы – группа воинов, отправляющихся на войну, а не шлюхи, следующие за армией. Нам нужно быть начеку. Никакого секса, пока мы не достигнем Нотабира, вот что я имею в виду! Обычно это не так уж важно, и если тебе это действительно нужно, ты можешь это сделать, просто Робан будет проблемой. Я веду три сотни амазонок! Если им придется смотреть, как мужчина трахает женщину, да еще сестру и их матассаю, они сильно расстроятся. Они просто не привыкли к этому, - сурово сказала Хассика.
— Это же три дня пути, ты что, шутишь! - почти кричал Робан.
— Робан уже получил награду как самый озабоченный среди нас. Ничего удивительного! - Денисса рассмеялась.
— Успокойся, брат. Мы справимся, если это действительно важно для Хассики. По пути сюда Денисса практиковалась в том, что часто выходила к тебе на свидание. В этот раз я тоже приду, и она покажет мне, как это делается профессионально, - легкомысленно заявила Атея.
— Она была не очень-то хитрой, я слышала ее каждый раз, когда она продиралась сквозь кусты, - добавила Менджа.
Хассика и Рабина изумленно смотрели на вновь яростно покрасневшую Дениссу.
— Я тоже должна пойти с тобой. Ты сказала, что мне придется стать любовницей для вас обоих, Атея. У меня есть опыт общения с другими девушками, но я ничего не знаю о мужском удовольствии. Я хочу научиться, - сказала Рабина, еще больше удивив остальных.
— Клянусь богиней, что ты сделала с моим племенем? Если подумать, то не стоит отвечать, мне лучше не знать. Ладно, только постарайтесь не слишком бросаться в глаза и не шуметь. Крики из леса сейчас легко могут быть неправильно
Вальриса. Пробуждение (часть 2)