это закончилось. Её губы тронула едва заметная, довольная улыбка — улыбка женщины, которой дали то, что она хотела. Которой теперь уже нечего стыдиться.
Он потянулся за полотенцем, собираясь уйти в луг, но она вдруг прошептала.
Она не просила из кокетства. Она знала — такого оргазма у неё ещё не было. Никогда. Ни с мужем, ни с любовниками. Ей нужно было увидеть себя — в этом состоянии: раскрывшуюся, уставшую, пропитанную спермой, довольную.
Он взял телефон. Сделал пару снимков сверху — общий план: она, голая, лежит на полу, ноги чуть разведены, на губах — тёплая, сытая улыбка. Потом приблизил — сфокусировался на её киске, когда-то аккуратной, а теперь вздувшейся, припухшей от наслаждения, открытой, с её пальцами, которые помогали сперме вытекать наружу. Потом — на анус, блестящий, полностью закрытый, девственный, с прозрачной струйкой, медленно ползущей из нее жидкости, по коже. Он не удержался и вставил ей палец. Она отреагировала приподнимая попу, чтобы ему было удобнее. Немного подвигались в ней он вытащил палец, и не сказав ни слова и пошёл в ванную. Там, под шум тёплого душа, он пролистал фото, снятые за день. Её — в офисе, на кожаном кресле, голую, раздвинувшую ноги, со взглядом покорной стервы. Фото, где его палец уже в её попке, в том самом кабинете, где они недавно переступили грань. И, конечно, снимки только что — раскрывшейся шлюшки, лежащей у его ног, покрытой его спермой.
Он переслал ей всё.
Лиза лежала на полу, всё ещё ощущая, как внутри медленно пульсирует. Открыла телефон. Одна за одной пролистала фотографии. Она видела себя голой сотни раз. После обычного секса. С Сергеем. С Глебом. На курортах, в примерочных, даже просто из любопытства. Но в этих фото было что-то другое. Уставшее, сытое счастье. Чистое, животное блаженство. Без поз, без фильтров, без притворства. Просто — она. Такая, какая есть. И такая, какой он её сделал.
Она поднялась и пошла в ванну. Он был под душем, вода стекала по его телу, плечам, груди, животу. Он обернулся, когда она вошла, но ничего не сказал. Она просто встала под воду рядом и начала мыться. Но она знала, зачем пришла.
Она медленно повернулась к нему спиной, скользнула по его телу и прижалась. Её бёдра мягко касались его, грудь — к его боку. Она терлась о него, как кошка, и чувствовала, как его член начинает оживать. Она не торопилась. Просто наслаждалась этим ощущением.
Потом она опустилась на колени.
— Давай закончим и продолжим в зале, — сказал он тихо, но уверенно.
Она подняла глаза — недовольные, упрямые, с блеском.
— Мойся. Я не мешаю.
И взяла его в рот.
Вода стекала по его телу — вниз, по груди, животу, и дальше, прямо на неё. Лиза чувствовала, как капли падают ей на голову, на лицо, на плечи — смешиваясь со слюной, с её нетерпением. Но она не останавливалась. Не могла. Уже не могла.
Он стал тверже. Всё глубже. И она знала — всё только начинается.
Она хотела встать, развернуться и почувствовать его внутри снова — но, лишь чуть приподнявшись, ощутила, как болезненно отзывается внутри её ещё не восстановившаяся киска. Слишком много, слишком глубоко, слишком хорошо. Слишком рано. Но он уже был твёрдым, готовым.
Она просто осталась на коленях и, не говоря ни слова, взяла его снова в рот. На этот раз медленно, почти нежно, но с полной решимостью. Она взяла его руку и положила себе на затылок — знак покорности. Она расслабилась, перестала сама двигаться,
Поездка учительницы - часть 8