просто раскрыла горло и позволила ему направлять. Он начал входить — глубоко, сдержанно, но властно.
Она не боролась. Просто принимала. И наслаждалась.
Когда его дыхание стало прерывистым, когда тело напряглось, она отстранилась. Молча, не открывая глаз, подставила лицо. Он понял без слов. Несколько мощных движений, и она ощутила, как горячие струи ложатся на её кожу: лоб, щеки, губы, подбородок. Он покрыл её всё лицо, и она лишь тихо улыбнулась.
Открыв глаза, она взяла телефон. Влажными руками передала его ему. Слов не понадобилось.
— Сфоткай, — прошептала. — Хочу запомнить и это.
Он сделал кадр: она на коленях, под струёй воды, с каплями спермы, смешанной с водой, на лице. Глаза сияют, губы полуоткрыты, влага по подбородку. Всё — настоящее.
Они стояли под струями тёплой воды, плотно прижавшись друг к другу. Он целовал её — не спеша, с наслаждением, чувствуя, как она расслабляется в его объятиях. Её ладони блуждали по его телу — плечи, грудь, живот — потом чуть ниже, к члену. Он уже снова наливался тяжестью, хотя в нём не было той резкости, как раньше — сейчас это было медленное, уверенное возбуждение.
Она чуть отстранилась, взглянула ему в глаза и потянулась за мылом. Поймав его ладонь, налила немного мыльной пены на его пальцы. Её движения были плавные, почти заботливые. Он не спросил, не уточнил — просто смотрел на неё, зная, что она уже решила.
Не отворачиваясь, не пряча взгляда, она взяла его руку и направила её вниз, между своими ягодицами. Он почувствовал, как она раздвинула ноги чуть шире, как выдохнула коротко и доверчиво, позволяя пальцу коснуться её ануса. В прошлом — запретное, неприкосновенное. Теперь — её подарок ему. Не словами, не объяснениями — просто действием.
Палец вошёл осторожно. Она не отстранилась. Напротив — провела рукой по его спине, притянула ближе, и снова поцеловала. Губы мягкие, влажные, чувственные. Он начал двигаться внутри неё — медленно, уверенно, будто уже знал, как она устроена изнутри. Она застонала, сдержанно, в горло, будто удивлялась, как приятно это может быть.
Он чувствовал, как её анус сжимает его палец, как тело дрожит от нового ощущения — не боли, не страха, а тянущего удовольствия, запретного и чистого одновременно. Она прижималась к нему плотнее, грудь скользила по его телу, её живот вздрагивал. Она не хотела слов. Всё, что нужно, было в их дыхании, во взгляде, в том, как её рука направляет его глубже.
Он медленно двигал пальцем в ней, и каждый его шаг будто подтверждал то, что она сама боялась признать: она хотела этого. Она больше не сопротивлялась. Не задавала вопросов. Просто позволяла себе чувствовать.
Они закончили мыться и немного перекусили. Теперь сидели в тишине перед телевизором, расслабленные, вымотанные. Лиза устроилась рядом, в лёгкой майке и тонких шортиках. Иван украдкой поглядывал на неё — как двигается её грудь в такт дыханию, как гладкая кожа её ног ловит отблески от экрана. Он любовался.
Лиза, почувствовав его взгляд, улыбнулась и положила голову ему на колени. Иван нежно провёл ладонью по её плечу, затем — по спине, и, не удержавшись, коснулся груди. Она чуть вздрогнула, но не остановила его. Грудь всегда была её слабостью — чувствительной, отзывчивой на ласку. Он с замиранием сердца ощущал её тепло под ладонью, её дыхание, тихое, почти мурлычащее.
Её тело медленно отзывалось возбуждением. Он чувствовал это. И сам едва сдерживал себя — под её щекой, внизу живота, уже зреет пульсирующее желание. Он был не в полной силе, но достаточно, чтобы Лиза это заметила. Она перевернулась, приподнялась, и, не говоря ни слова, стянула
Нет сил говорить...лучше напишу