свою бывшую. Так же быстро, как и она узнала меня. Наши взгляды пересеклись и не могли оторваться. Так долго мы не виделись. Хотя долго – понятие растяжимое! Мы не виделись уже год. Именно год назад она бросила меня и уехала со своим хахалем на курорт. Ее мать не была обо мне высокого мнения и была только рада за дочь, которая променяла неперспективного жениха на состоятельного. Да и ее дочь избавилась от отношений, служивших ей якорем в карьерном росте – она больше не была привязана к городу и какому-то моральному долгу. Свобода, доставшаяся ей, помогла ей раскрепоститься, и теперь на меня смотрела не девчонка, которой я писал стихи и песни, а юная самодостаточная женщина.
Присев к однокурсницам, я предложил бухнуть по-взрослому, и мы заказали текилу. Нам принесли стопки, лимон и соль. Мы столпились вокруг напитка и, следуя известному рецепту, опрокинули стопки. Не теряя времени, жахнули еще по одной и пустили новый кальян по кругу. Оглядывая девчонок, я все чаще встречал смущенные взгляды, ведь кто-то из моих партнерш имел на меня виды, а кто-то был уже наслышан о моих похождениях и не знал, как попросить. Единственная, кто ничуть не стеснялся, это моя бывшая. Она смотрела на меня с интересом и вызовом, мол, так ли ты стал хорош?! Когда мы вновь промочили глотки текилой, я позвал Наташку на танцпол. Мы уже не слышали музыку, а двигались ради движений. Я лапал ее задницу и сунул язык ей в рот. Поддатая Наташка уже была готова на все, тем более она знала, что упиралось в ее лобок. Однако, нас прервали.
Когда я открыл глаза и посмотрел на помеху, я не был удивлен – она постоянно служила помехой моим похождениям, когда мы были вместе, и, видать, не могла упустить шанс и сейчас.
— Я украду его на один танец? – скорее констатировала факт, нежели спрашивала, она. Наташка смущенно отступила, и моя бывшая заняла ее место. – Как поживаешь? – начала тут же она.
— Да неплохо. Только вернулся из Владика, - парировал я.
Бывшая изогнула бровь с немым вопросом, когда ее руки легли мне на плечи, а моим пришлось лечь на ее талию. Я уже рассказывал и ей о моей юношеской влюбленности в Алину, а потому она знала, что к чему. Тем не менее, я сознался, что поездка носила деловой характер.
— Как Алина? – все же спросила она.
— Хорошо, - ответил я, не имея ни малейшей причины лукавить. – Как твой... ухажер – извини, не помню его имени! – парировал я.
— Кто? – она наморщила лоб. – Ах, этот! Да мы расстались, не успев что-либо начать. Я уехала в Петербург, как всегда и хотела. Провела время там, а потом вернулась сюда. Сейчас работаю в администрации...
— Папа помог? – не смог сдержаться. – Почему не осталась в Питере?
— Там все здорово, конечно, но там не так, как здесь, - бывшая пропустила мой вопрос мимо ушей. – Я скучала по родным местам, друзьям, подругам... тебе.
Это было уже слишком, но я не стал ее прерывать – пускай думает, что мне это интересно. Мы продолжали двигаться на танцполе, пока наши однокурсницы продолжали опрокидывать стопки. Бывшая расспрашивала меня о жизни и рассказывала о своей в то время, как я то и дело пытался ее уязвить своими колкостями. Она их игнорировала и делала всевозможные выпады и лестные штучки, дабы пробить мою защиту. Она старалась быть милой, а, может, и была такой, да вот я не был нацелен на
Нет сил молчать