— Охуеть... - беззвучно шептал Володя, жадно глядя на каждое движение бати и сестры под ним. – Просто охуеть можно...
Пацан пытался запомнить каждую деталь, чтобы потом передергивать украдкой на воспоминания о реальном порно, а не каком-то там «городском на видеокассетах».
Особенно ему запомнился блестящий ручеек девичьих соков, который стекал из пизды на анал сестрёнки, и тут же разбрызгивался от шлепков отцовских яиц.
— Теперь смотри, доченька, - вставая и вытаскивая член из Алёны, тяжело дыша от стараний заговорил отец. – Чтобы ты ребеночка не понесла, надо сперму у мужика в рот принимать, а не в девичье добро своё, - поучительно произнес Иваныч.
— Сперму? – слегка нахмурилась девочка, наивно глядя в ответ. – А что это, папочка?
— Семя это мужское, - усмехнулся Пётр. – Подставляй губки, милая, и язык высунь, мне приятнее будет если подлижешь немного, перед оконцовкой-то...
Алёнка послушно поднялась, встала коленями на усыпанную соломой телогрейку. Сложив руки на коленках как послушная собачка, девочка открыла рот и высунула язык навстречу члену отца.
Пётр разгонял своё возбуждение быстро качая рукой по стволу и готовясь спустить в рот родной дочке. Алёна подставила лицо ближе, коснувшись языком уздечки на мощной головке отцовского стояка. На вкус она была солоноватой, а на ощупь упругой и немного волнистой, пахла странно, возбуждающе.
Алёне понравилось и она высунула язык ещё дальше, с наслаждением прикрыв свои большие, красивые глазки.
Понимая, что ему такое не светит и придется спускать сперму как обычно на землю, Володя горько скривился. Однако, он не останавливался, намереваясь выплеснуться вместе с отцом и хоть пофантазировать о том, какого это, в рот сестры кончать.
— Папочка, я готова! – Алёнка закрыла глаза и чуть приподняла голову, поймав головку члена юными губками. – Тауай (давай) - пробубнила она с ртом забитым членом. – Йа уыпью! (я выпью) – улыбнулась девочка, растянув свои губы на стояке в теплую улыбку.
Уставшие ждать сигнала, а потом и заметившие, что Володя просто съебался, деревенские пацаны прорвались через сухостой с крапивой к стенам сарая.
Кончающий Пётр, уже дрожащий в экстазе от того, что густые выплески спермы стекают в горло дочки, вздрогнул и осмотрелся.
Напившись семенем из члена отца, дочь продолжала со смаком отсасывать чувствительную плоть и отец охнув, забрал у неё член.
— Когда вылилось, то всё, не надо больше трогать, отдых требуется ему! - улыбнулся Иваныч и ласково потрепал покорную дочку по румяной щеке. Она улыбалась в ответ, всё также стоя на коленях. – Пойду гляну, кто там лазает, - застегнул брюки отец. – Если сорванцы подсмотрят за нами, потом проходу тебе не дадут, да и слухи пойдут по деревне.
— Хорошо, папочка! - рукой вытирая губы от спермы, улыбнулась Алёна. – Я тут подожду. Ты уж принеси мне, что-нибудь накинуть на себя. Хоть и простыню с веревки бельевой.
— Ладно, гляну, - открывая дверь сарая и выходя наружу ответил отец. – Тут жди. Я мигом...
Дверь закрылась, и Алёна вздохнула, понятия не имея о том, что в сарайке этой вовсе не одинока. Всё ещё не кончивший Володька, продолжал мастурбировать, любуясь телом сестры в полосах лунного света.
— Вован, разведи её на секс! – послышался почти неслышный шепот пацанов за спиной Володи. – Давай, ты сможешь! – мальчишки могли и так подрочить с видом на восхитительное тело Алёны. Но какие-нибудь похотливые штуки или просто ебля возбуждали юные гормоны детворы и воображение гораздо больше.
— Потрогай её, хотя бы! – продолжали шептать мальчишки между досок. – Дай ей хуй! Покажи ей хуй! Помацай за жопу!
По-звериному