Откуда вообще следует, что если два человека любят друг друга, то значит, они обязательно должны заниматься сексом именно друг с другом? И ни в коем случае не заниматься им ни с кем больше? Любовь и секс — две совершенно разных сущности, не очень сильно связанные. Да там ещё есть рядом, кстати, и третья — размножение. И все они в реальной жизни случаются и в разных сочетаниях, и поодиночке. Оглянитесь вокруг: много ли вы знаете пар, у которых все три эти сущности присутствуют одновременно? Нет, конечно; хорошо, если одна из семи, как нам и подсказывает бесстрастная математика. У остальных — что-то одно без другого, а нередко и без третьего тоже. Слава богу, если хотя бы одно что-нибудь есть.
Таким образом, я вполне принял сложившийся расклад и не форсировал события. Раз уж она сумела так удачно встроить секс с Павлом в свою жизнь, ничего не ломая в нашей совместной, то с моей стороны было тем более незачем её ломать. Я не подавал виду, что в курсе её "командировок" и "корпоративов", и спокойно ждал, пока истина вылезет наружу рано или поздно, тем или иным способом.
Жена, возможно, немного беспокоилась, не догадываюсь ли я об их отношениях, и периодически затевала со мной абстрактные разговоры, как будто желая морально подготовить меня к тяжелому, но неизбежному известию. Я охотно подыгрывал, но неизменно уводил разговор в сторону, чтобы не сказать окончательно ни да, ни нет.
— Дорогой, а как ты думаешь, с резиновой игрушкой — это же можно?
— Можно, конечно. Мало ли кто куда какой предмет прикладывает. А ты что, хочешь купить игрушку? Давай купим. И мне тогда тоже игрушку, для мужчин которая.
— Нет, я так, просто подумать... А если игрушка с моторчиком и шевелится, как настоящая?
— Какая разница, всё равно же это только игрушка.
— А если она с искусственным интеллектом? Сейчас, в интернете пишут, такие уже есть.
— Тогда вообще замечательно. Естественного же интеллекта в этом месте вообще нет. Мужик ведь, сама знаешь, существо не разумное, а абсолютно членистоногое: куда член смотрит — туда и ноги идут.
Собственно говоря, я и относился к Павлу и как к чему-то-то вроде фаллоимитатора, только одушевлённого. Или даже не имитатора, оригинал в любом случае лучше.
Или, в другой раз:
— А как по-твоему, если с другим мужчиной, но в резинке — это уже измена или нет?
— Скорее, нет. Чем член в резинке от полностью резинового отличается? С точки зрения женщины — ничем, наверное?
— А если вообще без резинки?
— Тогда это будет как, помнишь, в зоопарке на клетке с казуарами было написано: "Самка казуара спаривается с разными самцами, в то время как её постоянный партнёр высиживает яйца".
Насчёт последнего я, впрочем, совершенно не беспокоился. Детей она хотела не иметь едва ли не сильнее, чем я, поэтому предохранялась всегда предельно старательно. У меня не было ни малейших сомнений, что и с Павлом она не оплошает. В конце концов, если бы вдруг случилось страшное — то его вина была бы несомненна, и это было достаточной причиной, чтобы рассчитывать на тщательное соблюдение техники безопасности и с его стороны тоже.
— Ну вот видишь, бывает же так.
— Зато казуары и сохранились столько лет. Подумать только, они ведь жили в одно время с динозаврами...
— Значит, природа это не запрещает?
— Природа вообще ничего не запрещает. Даже поощряет разнообразие. Но если не брать в расчёт размножение — тогда и в спаривании необходимости нет вообще. Мы же с тобой без этого живём уже сколько
Право выбора. Часть 3