Катя Воронцова — высокая, стройная семнадцатилетняя брюнетка с густыми каштановыми волосами до лопаток и яркими зелеными глазами. Ее фигура — то, о чем шептались мальчишки на задних партах: округлые груди, тонкая талия, соблазнительные бедра. Она носила школьную форму с вызовом — юбка всегда на пару сантиметров короче положенного, блузки слегка просвечивали, а первые две пуговицы вечно расстегнуты.
Сегодня она сидела на третьей парте, облокотившись на спинку стула. Ее ноги в черных колготках были небрежно скрещены, открывая изящные щиколотки в лакированных туфлях. Когда она смеялась чьей-то шутке, грудь вздымалась под тонкой тканью белой блузки.
Михаил Петрович сглотнул.
После урока он остановил ее у выхода:
— Воронцова, останься на минуту.
Катя повернулась, игриво подкручивая прядь волос вокруг пальца.
— Что-то не так, Михаил Петрович?
— Твои последние работы по программированию... — он сделал паузу, — разочаровали.
Ее улыбка померкла.
— Но я же...
— Четверка в лучшем случае.
Катя нахмурилась. Она привыкла быть отличницей и всегда к этому стремилась.
— Я могу предложить дополнительные занятия, — его голос стал мягче. — Два раза в неделю после уроков.
Она закусила губу, рассматривая вариант.
— Хорошо, — наконец согласилась.
Михаил Петрович кивнул, пряча улыбку. Он был доволен что эта "Маленькая шлюха" так он называл все учениц которые ему нравильсь немного больше чем это положено.
Первое занятие
Михаил Петрович прикрыл дверь кабинета, услышав легкие шаги в коридоре. Он специально назначил занятие на конец дня, когда школа уже пустела. В руках он вертел флешку с доступом ко всем камерам учебного заведения – привилегия зама по безопасности.
Катя вошла, небрежно толкнув дверь плечом. Сегодня на ней была полупрозрачная белая блузка с кружевными вставками под грудью – такая, что при определенном освещении угадывался контур темного бюстгальтера. Юбка, как всегда, сидела на грани допустимого, открывая стройные ноги в плотных черных колготках.
— Садись за третий компьютер, — указал он в угол, где камера видела все под идеальным углом.
Катя прошла мимо, оставив шлейф терпких духов с нотками корицы. Михаил Петрович проследил, как юбка обтягивает ее округлые ягодицы при каждом шаге.
— Так где мой косяк? — она упала в кресло, закинув ногу на ногу. Колготки шуршали, когда она покачивала лакированной лоферой.
Он встал за ее спиной, намеренно поставив ноги так, чтобы его брюки касались ее стула.
— Смотри, — наклонился, упираясь руками в стол по бокам от нее. Его грудь почти касалась ее спины. — Здесь ты забыла закрыть цикл.
Его пальцы пробежали по клавиатуре, специально задев ее руки. Катя не отдернула ладони, только слегка сжала губы.
— А здесь, — он провел пальцем по экрану, оставив жирный след, — вообще синтаксическая ошибка.
Его рука опустилась на ее плечо. Через тонкую ткань блузки чувствовалось тепло кожи. Катя замерла, но не отстранилась.
— Ты же умнее этого, — прошептал он, наклоняясь так близко, что губы почти касались ее уха.
Она повернула голову. Их лица оказались в сантиметре друг от друга. Он видел, как карие глаза Кати расширились, как дрогнули ее ресницы.
— Я... — ее голос сорвался.
Михаил Петрович медленно провел большим пальцем по ее ключице, собирая капельку пота.
— Не торопись. У нас... полно времени.
Катя резко вдохнула, когда его рука скользнула ниже, к вырезу блузки. Но не остановила.
На мониторе компьютера мигал незавершенный код.
Михаил Петрович почувствовал, как под пальцами дрожит ключица Кати. Он задержал руку у самого края блузки, где кружевной вырез обнажал золотистую цепочку с маленьким кулоном.
— Ты вся напряглась, — прошептал он, намеренно горячо выдыхая ей в ухо. — Расслабься.
Катя нервно сглотнула, но не отстранилась. Ее пальцы судорожно сжали край стола.
Трахни меня в ротик!