Сладкая боль от каждого толчка. Вкус соли на губах то ли пот, то ли слёзы.
Моя киска вдруг судорожно сжалась, будто пытаясь удержать его внутри себя. Глаза закатились под веки, в висках застучало такой силы волна накатила, что дыхание перехватило.
— А-а-аргх! — хрип вырвался из пересохшего горла, когда его член выскользнул наружу, а следом хлынул горячий поток, смесь смазки и мочи, неудержимая, стыдная и невероятно сладостная.
Но передохнуть не дали в следующее мгновение он грубо вогнал себя в мою растянутую попку, продолжая долбить с новой яростью. Казалось, каждый удар бьёт прямо по нервам, рассылая электрические разряды по всему телу.
— Нет-нет-нет! Да-да-да! — бессвязно бормотала я, чувствуя как пальцы сами впиваются в ягодицы, спина выгибается дугой, ноги дрожат как в лихорадке.
Мои руки бессильно соскользнули с ягодиц, пальцы вцеплись в смятые простыни, когда тело начало заваливаться на бок. Меня трясло, судорожные подрагивания прокатывались волнами по изможденному телу. Сознание уплывало, мысли распадались, горячий член, входящий до основания, звонкие шлепки кожи о кожу, собственные хриплые стоны, вырывающиеся с каждым толчком.
Я уже не контролировала ничего — только чувствовала, как Андрей крепко обхватил меня за талию, приподнял мою обмякшую попку выше и продолжил трахать, будто я была всего лишь игрушкой для его удовольствия.
Он пыхтел сзади, его спина блестела от пота, лицо было красным от напряжения, но движения оставались такими же резкими, такими же безжалостными.
— Да-а-а... Ещё... Ещё... — мой голос звучал сдавленно, но тело откликалось на каждое его движение, сжимаясь внутри, будто не желая отпускать.
Он отпустил моё тело, и я беспомощно раскинулась, ноги разъехались в стороны, колени дрожали, но попка покорно продолжала принимать его член, растягиваясь до предела.
Всё вокруг входа было мокрым — смесью смазки, слюны и пота, липкая, развратная, блестящая на свету. Запах тел, испарины, секса наполнил комнату, густой, тяжёлый, опьяняющий. Из раскрытой киски капало на простыни, оставляя тёмные пятна на белом.
Андрей опёрся на руки, поставив их рядом с моей головой, его мускулы напрягались с каждым движением, но темп стал медленнее, глубже, осознаннее. Каждый толчок был продуманным, наслаждением для него — он чувствовал каждую складку, каждую дрожь моего тела.
Моя грудь колебалась в такт, соски тёрлись о простыни, а голова запрокидывалась назад, когда он входил до конца, и опускалась, когда он выходил, губы прикушены, веки дрожали.
— М-м-мф... А-а-а...
То скулёж, то стон, то тихий всхлип моё тело больше не принадлежало мне, оно было его, полностью, безраздельно.
Андрей вдруг замер на мгновение мышцы спины напряглись в резком спазме, руки обхватили на меня и он лег сверху на меня прижимая всем свои телом от чего я начала задыхаться, зубы сомкнулись на моей шеи.
— А-а-ахх, Да-а-а!.. — глухо прошипел он.
Его член дёргался внутри меня, мелкие, частые толчки, как ток, пробивающий насквозь. Горячая сперма ударила в стенки кишки напором, заполняя, обжигая, заставляя попку рефлекторно сжиматься, пытаясь вытолкнуть это наружу, но он держал меня крепко, не давая пошевелиться.
Моё тело тряслось в последних судорогах оргазма, дырочки пульсировали, сжимая его член, выжимая из него последние капли. В глаз все заребило, а губы стиснулись до боли.
Он отпустил мои волосы, но руки остались держать меня, крепкие, властные, не дающие убежать.
— Андрей... я не могу дышать... — мой голос сорвался на хриплый шёпот, когда его железная хватка наконец ослабла.
— Уф, прости... — он отстранился, его грудь тяжело вздымалась, капли пота стекали по напряжённым мышцам.
Я почувствовала, как его вялый член с мокрым звуком выскользнул из моей растянутой попки, потянув за собой густые нити спермы.
Мои одноклассницы