тело было напряжено, горячий воздух кружил голову.
– Да, – сказал он. – Дела подождут.
– Не подождут, – сказала императрица, привлекая его к себе. Царь хотел залезть на нее, но императрица поймала его за волосы и направила себе между ног.
– Слушай внимательно, – сказала она, прижимаясь мокрой вульвой к его лицу. – И... Ааах...
Царь нежно обнял ее и провел языком по ее половым губам. Императрица обхватила его голову и прижала к себе. Он стал лизать ее, поглаживая ее ягодицы.
– Во дворце готовится заговор, – сказала императрица, стискивая зубы от удовольствия. – Теперь это не вопрос лет или даже недель, но дней. Толстяк Оруни вчера послал записку с планом моего убийства своим помощникам.
Царь попытался поднять голову, но она не позволила, сильнее толкая его лицо вниз. Его язык вошел в нее снова, и императрица откинула голову и застонала.
– Моя стража... может остановить заговорщиков, – проговорился она, чуть выпрямляясь и закидывая правую ногу на спину царя. Тот лишь принялся лизать усерднее.
– Но, во-первых, среди заговорщиков много тех, кого нет смысла наказывать без нужды, – сказала императрица. – А, во-вторых, вместо этих заговорщиков будут другие, пока судьба империи не ясна, заговоры не прекратятся.
– Я... – царь поднял мокрое, раскрасневшееся лицо, и императрица снова опустила его голову вниз.
– Лижи, – сказала она. – Ты же знаешь, как я люблю твой язык в себе.
Царь взялся за ее вульву всерьез. Его язык и губы скользили по ее половым губам, обхватывали, лизали, ласкали, оттягивали. Его пальцы нежно скользили по ее ягодицам.
– Аах... Аах... Аах! – императрица задрожала и выгнулась, вдавливая пятку в спину царя. В его лицо ударила прозрачная струя, и он стал жадно хватать ее губами. Оргазм императрицы.
Она тяжело дышала, поглаживая царя по голове.
– Лижи дальше, – сказала она. – Только перевернись так, чтобы я могла играть с твоим членом.
Царь лег рядом, нашел губами ее клитор и стал посасывать его, слегка проникая во влагалище императрицы пальцем. Она обхватила его член и стала надрачивать, проводя сильной рукой от самого кончика до основания и волосатой мошонки.
– Необходимо разрешить вопрос престолонаследия, – сказала императрица. – Брак.
Царь позволил себе войти в нее вторым пальцем, продолжая посасывать возбужденный клитор.
– Я хочу, чтобы мы поженились, и наши государства были собраны в одно под имперской короной, – сказала императрица, сдавливая мошонку царя. Он простонал, не выпуская ее клитор изо рта. Он видел ее впервые за три года, и с трудом думал о чем-то, кроме запаха и тепла ее тела, ее вульвы и ягодиц прямо перед его лицом и в его руках.
Императрица сдавила его мошонку сильнее.
– Я согласен, – простонал он. – Ты же знаешь, я всегда был согласен.
Императрица усмехнулась.
– Знаю, – сказала она. – Но твоего согласия недостаточно. Тебя откажутся признавать отцом наших детей. Будет заговор и тебя убьют.
Царь опустил голову. Он обладал абсолютной властью в своем маленьком государстве, но мало что мог сделать против придворных огромной империи. Императрица сладко простонала. Царь ввел ей во влагалище третий палец и стал двигать ладонью быстрее, снова стараясь довести ее до оргазма. Ее ладонь на его члене тоже ускорилась.
– Я придумала, – сказала она, сильнее сжимая горячий ствол. – Как этого избежать.
– Ах! Как?! – царь стал с силой трахать ее рукой и снова присосался к ее клитору. Императрица дернула бедрами, ударила себя ладонью по груди и стала кончать, выплескивая горячие струйки на лицо царя. Он послушно все принял, вытер бороду и опустил голову к самому настилу, чтобы
Ножницы.