Медленно выпрямляюсь. Провожу рукой по животу. Ни к чему. Просто касание. Но нужное. Я продолжаю растяжку, будто ничего не происходит. Но на самом деле происходит всё. Моё тело — в наблюдении. Я чувствую взгляды — не в голову, не в спину, а прямо туда, куда они и направлены: между бёдрами, туда, где под тонкой тканью уже давно влага, томление и пульсирующая тяга. Я смотрю вокруг, будто рассеянно.
На лавке у турников — двое. Молодые, сухие, резкие. Один с лёгкой щетиной, второй — совсем мальчишка, но хорошо сложен. Молчат, пьют воду. Глаза на мне. Не скрывают. Дальше — ближе к уличным тренажёрам — мужчина постарше, лет за тридцать пять, крепкий, широкоплечий, с короткой стрижкой и уверенным взглядом. Он не пялится. Он просто видит меня. И этого достаточно.
Я делаю вдох. Медленно опускаю таз вниз, открывая бёдра, вытягиваясь по всей линии. В этот момент чувствую, как шортики прижимаются к киске плотнее, как будто язык ткани коснулся прямо по губкам. Я чуть замираю.
И задаю вопрос себе, моему телу, своей киске. Не вслух, нет. Просто внутрь себя, туда, где всё решается:
— Он?
— Или, может быть... вон тот?
И в ответ — как всегда — ее чёткая влажная пульсация. Острая, точная, сладкая. Как будто киска сказала:
Да. Вот этот. С короткой стрижкой. Я не улыбаюсь. Только медленно поднимаюсь.
Делаю вид, что перехожу к планке.
На самом деле — просто приближаюсь к нему. Я поднимаюсь, медленно, не торопясь, позволяя своему телу остаться в поле его зрения чуть дольше, чем того требует ситуация.
Смотрю на него. Прямо. В упор. Без слов.
Взгляд держу чуть дольше, чем это считается приличным. Дольше, чем мужчина не может не воспринять как приглашение. Он не отводит глаз.
Он — чувствует. И принимает этот взгляд, как должное. Я отворачиваюсь первой. Не торопясь направляюсь к дорожке вдоль озера. Двигаюсь мягко, с чуть замедленной походкой. Я знаю, что он идёт следом. Я не смотрю назад. Мне не нужно. Моя киска уже всё поняла. Она в курсе, что он — за мной. И вот — лёгкий поворот головы. Взгляд через плечо. Полуулыбка. И в следующий миг — я как будто спотыкаюсь. Колено мягко сгибается, тело теряет равновесие.
Я присаживаюсь, держась за лодыжку.
Лицо напряжено. Я дышу чуть чаще.
Он подбегает почти сразу.
— Всё в порядке?
Я киваю, делая вид, что с трудом.
— Похоже, подвернула...
Я вдыхаю через зубы, чуть прикусываю губу.
— Не уверена, что смогу идти.
Он опускается рядом. Рука ложится на мою щиколотку. Тёплая, уверенная, чуть крепче, чем нужно — как будто он знает, что держит сейчас не только мою ногу.
— Хочешь, я отнесу тебя?
Я поднимаю глаза. В них — мягкое удивление и то самое “ты ведь знаешь, что да”.
— Только до дома... тут совсем рядом...если тебе не сложно.
Он не отвечает. Просто подхватывает.
На руки. Легко. Как будто я почти невесома. Как будто это — естественно.
Моё бедро ложится на его предплечье.
Живот — прижат к его груди. Шея оказывается ближе к его лицу, чем можно было бы назвать «удобно». Я слышу его дыхание. Оно меняется.
Оно становится мужским, плотным, горячим. Я чувствую напряжение его тела. Особенно — ниже живота. Он несёт меня, а я — позволяю. Я не капризничаю, не жалуюсь.
Я просто лежу у него на руках, дышу, и позволяю ему захотеть больше, чем унести меня до подъезда.
— Может, мне сделать тебе массаж?
— У тебя дома...
Он говорит это спокойно, но я слышу в голосе тень надежды.
Я поворачиваю голову. Касаюсь губами его шеи. Медленно. Молча. Как будто
Сумерки