В качестве вступления: о ЕЁ свободе, жажде ощущений, и о том, как мужчина, если он видит женщину, может быть не просто партнёром, а проводником в её собственную глубину.
Поездка случилась неожиданно. Как снег на голову. В прямом смысле: утром шел снег, вечером - я уже с чемоданом на пороге.
Чемодан собирала впопыхах - да не собирала, а скорее метала туда всё, что попадалось под руку: купальник, сланцы, два платья и масло для загара. Всё. Остальное - по ходу пьесы. Ну, или импровизация в стиле “голая, но счастливая”.
За мной заехали Кристина с сыном, и мы поехали. Приключение началось.
Люблю эти моменты - самое начало, дорога, запах свободы, который потом окажется шампанским, потом - перегаром, а потом... ну, посмотрим.
Кристина достала шампанское и бокалы. Я расхохоталась:
— Ты грандиозная женщина. Люблю тебя.
Пока ехали до аэропорта, уговорили две бутылки. На удивление, пьяными мы не были - просто пьяны духом. Смеялись до боли в животе. Или это укачивание началось, чёрт его знает.
У аэропорта нас выгрузили, и мы поплыли на регистрацию. Именно поплыли - две королевы, две богини, ни больше, ни меньше.
Ну, может, ещё немножко цирка в придачу, но такого с винтажным блеском: шампанское, уверенность, и полное отсутствие уважения к дресс-коду.
Очередь уже была большая, но я сразу нашла глазами тебя. Ты стоял почти у стойки регистрации и в открытую ржал.
Возможно, мы выглядели как побег из дурдома, но нам было наплевать. В тот момент мы могли бы перейти море, не замочив подола.
Заочно вы с Кристиной были знакомы, теперь - увиделись.
Регистрация прошла без эксцессов.
Хотя если честно - один был: я случайно обняла незнакомого мужика сзади. Он был в такой же куртке, как у тебя. Он не обиделся. Улыбнулся даже.
Кристина шепнула:
— Может, его возьмём с собой? На подмену.
— Он не вывозит. У него глаза слишком добрые.
Полтора часа до посадки. Меня распирало. Кристина принесла ещё шампанского - третий акт безумия.
Ты держался сдержанно. Присматривался. Особенно к Кристине. Немного пригубил. Вино. Не Кристину.
Я, недолго думая, присела тебе на колени. Лицом к тебе.
Ты опешил.
Ты трезвый. Я - уже нет.
Мы давно не виделись. Я соскучилась. А алкоголь, как всегда, шепчет: “пошли на х*й последствия”.
Я наклонилась к тебе, губами к уху, и начала нашептывать... что-то неприличное. Что-то такое, что, будь у нас цензура, нас бы уже замазали чёрным прямоугольником.
Целовала раковинку уха. Плотно прижалась.
Ты не сопротивлялся. Хоть и был напряжён, как электропровод на морозе.
Людей вокруг - много.
Кристина - рядом. Смотрела и томно улыбалась. Я бы не удивилась, если бы она достала попкорн.
Я немного сошла с ума. Наверное. Гладила тебя под свитером. Свитер, между прочим, был колючий. Видимо, вязан вручную бабкой, которая ненавидит секс.
Вторая рука - на твоей шее. Пальцы массировали затылок. Ты был спокоен. Почти. В глазах - плясали бесенята.
— Наташенька... что ты вытворяешь?..
— Проверяю, как ты сдал зачёт по самоконтролю. Пока на троечку.
— Ты хочешь? Прямо сейчас?..
Внутри у меня пылал пожар, а у тебя на лице было написано всё: от ужаса до лёгкого восторга.
Я гладила тебя по соскам. (Кстати, они у тебя очень выразительные. Был бы ты женщиной - конкуренции бы не было.)
— Наташа...
И тут объявили посадку.
Ты выдохнул. Облегчённо.
— Сучка ты...
— Обещай, что продолжим.
Ты улыбался. Не как кот. Нет. Как дьявол. Который знает: в аду очередь, но он - первый в списке.
<>
Меня посадили у окна - красиво, конечно, но я уже тогда почуяла подвох. Кристина села в центре, ты - с краю. Я попыталась возразить, но была демократично проигнорирована. Ты и Кристина выступили как слаженная шайка: один держит, второй
Порядочные тоже изменяют