Как только мы взлетели, в салон выехали бортпроводники со своей бронетехникой: еда, напитки... и кое-что поинтереснее. Среди них был мужчина.
Молодой. Смуглый. Приятной внешности. Такой, знаешь... из тех, кто в порнхабе нажимает на «play», а не «skip ad».
Я сидеть спокойно не могла. Не хотела. Да и зачем, если можно просто жить.
Когда тележка приблизилась, я завела с ним разговор. Он улыбался дежурно - но в его глазах что-то искрило.
Ни к чему не обязывающая болтовня. Но я, конечно, флиртовала. А что? Первый раз вижу. И, возможно, последний.
Что меня должно останавливать?
Кристинка давилась со смеху - почти свернулась креветкой. Ты буравил меня взглядом, как будто у тебя на борту конкурс: «Найди свою бешеную женщину».
А мне было весело. Ни спать, ни читать я не хотела. Пять часов в небе - это, между прочим, почти полрабочего дня. Надо чем-то заниматься.
Стюард держался. Как оловянный солдатик. И это меня ещё больше заводило.
Я повернулась к тебе:
— Проводишь меня в туалет?
Ты встал, молча, как охранник с выгоревшей совестью, помог мне выбраться - и пошёл за мной. Очереди не было.
Я зашла в кабинку, но прежде чем закрыть дверь, посмотрела на тебя. Протянула руку, взялась за край свитера:
— Иди ко мне.
— Наташа?!
— Ага. Прямо сейчас.
Ты хмыкнул и шагнул вперёд. Как мы туда втиснулись - знает только бог авиации и администратор порнофантазий.
Когда хочешь - не видишь стен. Видишь только цель.
Я закрыла дверь, развернулась к тебе и - не теряя взгляда - провела ладонью по твоему члену. Расстегнула пояс, пуговицы гульфика - и скользнула внутрь.
Ты шумно втянул воздух.
Я опустилась на колени. Моё лицо - прямо у твоего паха.
Ни шагу влево. Ни шагу вправо. Как будто я в какой-то сексуальной камере пыток, но с очень вдохновляющей миссией.
Спустила брюки и трусы - твой член упёрся мне в нос. Я подняла глаза. Ты застыл. Почти не дышал. Назад пути нет.
Я поцеловала его в маковку. Ты задышал - часто, громко.
Коснулась губами у основания, приподняв его, и стала ласкать яички.
Одной рукой - ствол. Другой - между мошонкой и анусом, где у мужчин скрыта их тайная кнопка сброса всех моральных установок.
Моё дыхание сбилось. Я задыхалась. Но знаешь, как бывает: «Если я сейчас умру - то хотя бы на взлёте».
Когда я добралась до члена - ты был готов. Я взяла тебя в рот. Ты запыхтел.
— Бл..ть...
Одна рука на дверце. Вторая - на моих волосах. Ты сжимал их с каким-то почти нежным отчаянием. В дверь постучали. Я замерла. Глаза в глаза. Нет. Не сейчас. Уже нет.
Я сосала тебя. Голова почти стукалась о дверь - ты придерживал её, будто на случай, если я решу выйти в иллюминатор. Снова стук. Ты обхватил мою голову двумя руками и ворвался в меня - резко, целиком. Двигался короткими, мощными рывками. Места для амплитуды не было, но ты компенсировал это отчаянным напором.
Так много тебя во мне ещё не было. Ты тёрся головкой о нёбо. Уходил глубоко. У меня в глазах темнело - не от страха, от восторга. Ты стонал. Почти всхлипывал.
И когда это случилось - когда ты взорвался у меня во рту - ты почти закричал. Выругался грязно. Как последний моряк на последнем рейсе.
По-прежнему держал мою голову, всё ещё оставался во мне. Я промычала что-то утешительное. Ты отпустил. Я откинулась на дверцу, ловя воздух. Глядела на тебя. Ни капли мимо. Облизала губы. Мы не могли отдышаться.
И только новый стук в дверь вернул нас в реальность. Привели себя в порядок. Ну, как смогли. Простите, Boeing, за
Девушка моего брата