лица, искажённое крайней степенью блаженства, выглядело почти дебильным. Аделаида содрогнулась от едва сдерживаемой ревности, её пальцы покалывали от крошечной доли магической энергии, выпущенной на сестру. Неудовлетворённая, элегантная и отчаянно возбуждённая женщина развернулась на каблуках и вышла из комнаты.
Королева Нимфория, воплощённая богиня, возлежала в своём павильоне у огромного бассейна, питаемого фонтанами в виде эротичных фигур нимф и меньших божеств, держащих кувшины с тёплой водой. Несколько геркулесовых силуэтов скользили в парящей голубой воде — идеальные образцы мужественности и красоты, мужские наложники королевы. Среди них были смуглые, чернокожие, бледные и светловолосые, каждый отобран у самых дорогих работорговцев мира, но все — в идеальном здоровье, пиковой физической форме и с невероятной сексуальной выносливостью. Любой из них мог удовлетворить небольшую группу девушек до изнеможения, но для развлечения королевы Нимфории требовалось минимум трое.
Однако сейчас королеву развлекал не любовник, а одна из её воительниц. Высокая, статная женщина с безупречными чертами и длинными светлыми волосами стояла на коленях между раздвинутых ног королевы, умело поклоняясь её розовой жемчужине, пока мёд не начал свободно стекать на дорогие шёлковые подушки. Воительница имела строгое, внушающее страх лицо с ясными, жестокими голубыми глазами и резкими скулами, но в ней не было ничего, что не соблазняло бы. Её доспехи из золота и мифрила изящно покрывали руки и ноги, но оставляли торс и промежность полностью обнажёнными. Это могло выглядеть глупо — оставлять самые уязвимые части тела незащищёнными, — но доспехи паладинов Гедонии ценились за магию, а не физическую защиту.
Королева стонала от глубокого, блаженного удовлетворения, получаемого от усилий Верховного Паладина, леди Северины, её величайшей любовницы... кроме одной. Но Нади не было с ней уже несколько лет.
Расслабление королевы нарушил звук каблуков, яростно стучащих по мраморной плитке у бассейна. Нимфория подняла взгляд и увидела, как дочь Северины, Аделаида, шагает к ней, её длинные ноги словно вонзаются в пол от раздражения, а прекрасное лицо искажено яростной гримасой и упрямыми слезами. Девушка выглядела напряжённой и взволнованной, и королева знала почему. Солнечный свет играл на металле её пояса верности и липких следах влаги на внутренней стороне бёдер. Королева рассмеялась про себя и глубже прижала лицо Северины к своей набухшей киске.
— Леди Аделаида! — приветствовал расстроенную девушку красивый светловолосый наложник, выходящий из бассейна, струйки воды стекали по его рельефной груди и прессу. Он нервничал, но был возбуждён, как и все мужчины в присутствии самой красивой дочери Верховного Паладина. — Я не знал, что ты...
— Прочь с дороги, наложник, — прошипела Аделаида с презрением, оттолкнув его лицо ладонью и скинув обратно в воду. Прикосновение длилось мгновение, но его хватило, чтобы пронзить тело юноши шоком магической энергии, вызвав спонтанный оргазм — его красивый член выстрелил густыми каскадами спермы, пока он падал.
— Ваше Божественное Величество, — Аделаида представилась, дрожа от нетерпения и выпячивая грудь. — Я... требую снять этот пояс, который вы на меня надели!
— Аделаида! — её мать Северина гневно ахнула, поднимаясь из-под ног королевы с киской, размазанной по строгому лицу. — Как ты смеешь говорить с богиней в таком тоне! Ты — следующая за мной Верховный Паладин, ты должна...
Нимфория прервала её, грубо схватив свою сексуальную подчинённую за волосы и прижав обратно к киске.
— Я не разрешала останавливаться, Северина. Если у твоего языка хватает сил отчитывать дочь, значит, хватит и на то, чтобы лизать дальше. А теперь... — королева откинулась и посмотрела на Аделаиду с насмешливым снисхождением, — в чём дело, милая?
Аделаида по-детски надулась и плюхнулась на подушки рядом с матерью, опустившись на колени
Большие члены правят миром