её улыбке, Азула хочет примерно того же. Собрав жалкие крохи самообладания, выбираю вместо стола кровать. Она для такого подходит гораздо больше. Схватив девушку за локоть, оттаскиваю её к постели, и грубо опрокидываю на спину. Не тратя время на ласки, сразу же загоняю в лоно Азулы член до упора, и начинаю трахать темнокожую красотку. И пусть дырочка у неё не такая узенькая, как у Брисы, засаживаю смуглянке как обезумевший, забыв обо всём на свете. Об удовольствии самой Азулы совсем не думаю. Она знала, на что идёт. Не в силах долго сдерживаться, вскоре кончаю, заполнив лоно Азулы. Держу член внутри неё до тех пор, пока семя не перестанет течь, и только после этого вытаскиваю, но удовлетворённым себя не ощущаю. Я сейчас как пробудившийся вулкан, а текущая по моим венам кровь – это лава. И она совсем не торопится остывать.
Схватив чернокожую девушка за плечи, дёргаю её на себя, вынуждая принять сидячее положение, наклоняюсь вперёд, и засовываю член ей в рот. Азула охотно очищает моего дружка от выделений, смешанных с её соками, явно получая удовольствие от происходящего. Но мне этого мало, и в какой-то момент, ухватившись за голову Азулы двумя руками, начинаю трахать девушку в рот. Занимаюсь этим совсем недолго, ведь член вскоре опять встаёт.
Поставив Азулу раком, пристраиваюсь сзади, и вновь трахаю её без остановки, то и дело шлёпая ладонью по мягкому месту. Вновь заполнив семенем её дырочку, какое-то подобие удовлетворения всё же испытываю, поэтому когда голая красотка принимается восстанавливать мой член для нового захода, никак не вмешиваюсь. В ход идут не только рот, язык и руки, но и грудь. Пристроив моего дружка между своими подушечками, Азула продолжает обсасывать липкую головку. И вот мой член снова крепок. В этот раз не фокусируюсь на какой-то одной позе, периодически меняя её на другую. Совсем обезумев от похоти, начинаю воспринимать распластавшуюся подо мной девушку как большую куклу. То ноги её на плечи себе закину, то на бок переверну, то снова раком поставлю. Кручу, как хочу, и ей это как будто даже нравится. Под конец и вовсе хватаю Азулу за ягодицы, приподнимаю, и продолжаю трахать на весу. Третье семяизвержение, и вновь в то же самое отверстие, дарует желанное удовлетворение. Горящий в крови огонь наконец-то начинает затухать. Чувствуя себя измотанным, разворачиваюсь, и падаю на спину, увлекая Азулу за собой. Девушка тут же слезает с меня, ложится рядом, и принимается ласково поглаживать свой лобок.
— А ты хорош. Твоей подружке с тобой повезло, - бормочет она с довольной улыбкой.
Ясность мысли потихоньку возвращается. Приподняв голову, задерживаю взгляд на стоящих на столе пустых мисках.
— Вряд ли местная кухарка решила так подшутить. Это ты что-то добавила в мой суп, пока я в бочке сидел, - понимаю, в чём дело.
— Да, - Азула даже не пытается оправдываться.
— И зачем ты это сделала?
— Затем, что мне захотелось в кои-то веки самой выбрать, с кем переспать. И я выбрала, о чём теперь ни капельки не жалею.
Прозвучало не слишком жизнерадостно. В другое время и другой ситуации я бы Азуле посочувствовал. Но сейчас делать этого как-то не хочется. Наше совокупление было жарким, продолжительным и запоминающимся, и убеждать самого себя, будто мне это не понравилось, я не собираюсь. Но если бы Азула не опоила меня возбудителем, ничего бы этого не произошло. Находясь в здравом уме, не стал бы я на неё набрасываться, сколько бы она передо мной голой не разгуливала. Всё-таки я не животное, ведомое лишь инстинктам. Но что сделано,
Елизавета