не возражала, она с юности была очень чувствительна и длительный секс становился пыткой. А механические фрикции под одеялом, продолжительностью в 3-5 минут её вполне устраивали, женщина успевала кончить.
Плюс ко всему, будучи ужасным собственником, Кузнецов запрещал ей заводить любовника и даже использовать вибратор. Так что заводилась Татьяна даже от самого грубого отношения с пол-оборота.
— Если будут хоть малейшие подозрения, что ты кончала без меня, пожалеешь, - предупредил однажды Вадим, - Увезу в пригород, посидишь под мостом на цепи, подумаешь о своем поведении. И мне всё равно, сама ты это себе делала или ебарь какой-то. Любой секс без меня – измена, даже дрочка.
Понимая, что её муж страшный и опасный человек, Татьяна слушалась, не позволяя себе даже мастурбацию в душе.
Она просто жила надеждой, что вечером, когда лягут спать, муж захочет. Что Вадим придвинется сзади и поднимет ночнушку. Как обычно устало вздохнет и грубо плюнув на пальцы, мазнет слюной по её ноющей от желания вульве.
Вставит член и сделает то, чего она подолгу ждала.
Иногда, её мечты затягивались на месяцы, но Татьяна терпела и ждала. И каждый раз, когда она получала желаемое, просто взрывалась оргазмом.
В итоге, муж чувствовал себя альфа-самцом, видя, как жену трясет в экстазе. А она получала дозу удовольствия на которой её держал Кузнецов как рабыню.
Эта зависимость, которую Вадим умышленно сформировал в ней, продолжалась уже больше двадцати лет и устраивала обоих супругов.
До этого дня...
**************
— В реальности она ещё лучше, а?! – бодро усмехнулся Кузнецов и хлопнув пригнувшегося Федора по спине, уставился на приближающуюся Миронову.
— Да мне не видно нихрена, Вадим Семеныч! – отозвался согнувшийся в три погибели телохранитель. – Верю на слово.
— Так, так, так, - забормотал Кузнецов, глядя на то, как Елена неизбежно приближается к подъезду. Вот её каблучки застучали по теплым, бетонным ступеням. Вот она зазвенела ключами под стрекот сверчков. – Федя, какой у нас был план? – прихлебывая от волнения коньяк, спросил Вадим.
— Не было плана, Вадим Семёныч! – промычал Федор из-под торпеды. – Вы сказали только два слова «погнали, посмотрим». Мы и погнали!
— Ладно, сообразим! – бросив стакан с янтарным напитком в подставку, Кузнецов дернул ручку на двери и шагнул из салона в теплый летний двор.
Одернув лацканы пиджака, Вадим вприпрыжку вскочил на тротуар, тянувшийся вдоль кустов сирени и окликнул Миронову.
— Елена Дмитриевна?! Минуточку! – улыбаясь как можно обаятельнее выдохнул он.
Не успев приложить ключ к домофону, Елена обернулась, красиво мотнув волной золотистых волос. Сложив руки у груди, она прищурилась, всмотрелась в лицо мужчины и тут же растеряно ахнула.
— Кузнецов? Вадим Семёнович, вы? – узнав в собеседнике зам.главы города, Миронова буквально побледнела. – Ч... чем... обязана? – растеряно попятилась Елена от «высокого начальства».
— Да вы не пугайтесь! Я не с проверкой! – отмахнулся Кузнецов и тихо посмеялся. Он снова поправил пиджак, волнуясь, как пацан. – Разрешите, отниму пару минут вашего времени?
— К... конечно, - также растеряно пожала плечами Миронова и с готовностью спустилась по ступенькам у подъезда навстречу гостю.
Уже за два метра Елена почувствовала, что от Кузнецова пахнет алкоголем.
О том, что большой начальник поддатый, говорила и краснота на его лице. Тем не менее, от Вадима Семеновича веяло властью и силой, перед Мироновой стоял образ из телевизора и из газет.
Воспринимать Кузнецова как обычного человека, вот так, сходу, Елена просто не могла.
— Чем обязана? – продолжая находится в настороженности и удивлении, негромко переспросила Миронова.
В своей растерянности она выглядела для Вадима ещё более очаровательной. Такая хрупкая, потерянная. Из такой получится отличная нижняя или рабыня, надо
Рабиня