Также безжалостно Синицкая обошлась и с бюстгальтером подруги, оставляя её полностью обнаженной. На шелковистой и гладкой коже Лизы остались полоски следов от белья. С её губ сорвался новый стон, когда чаши белья освободили груди, отпустив их качаться сосками над травой газона.
Тело Лизы было покрыто тонким слоем испарины, от неё пахло потом и возбуждением. Мускусный запах из щелей девочки мешался с ароматом кремов, врываясь в грудь Синицкой воздушным коктейлем похоти.
С удовольствием посмотрев в разрез подругиной задницы, Синицкая принюхалась, втягивая ноздрями запах её вагины. Блаженно прикрыла глаза и погладила ягодицы Лизки, сдавив их и раздвинув в стороны.
— Что теперь? – Синицкая подняла взгляд на Слона, посмотрев на него под томные, тихие стоны Лизы. – Брать в рот или...? – она вопросительно выгнула рыжую бровь и погладила спину страдающей от удовольствия Лизы.
— «Или», - усмехнулся в ответ Слон, стряхивая капли мочи с члена на лицо Лизы, так, словно две её нежных губки были общественным унитазом.
Впрочем, именно такую судьбу Соломатин и запланировал для этого юного, не тронутого мужиками цветочка. Судьбу конченой шлюхи, подвальной подстилки и сливного бачка для всех жидкостей.
Но до этого было ещё далеко, сейчас куда важнее убедиться, что завтра все эти самки не пойдут в отказную. Нужно было собрать нерушимый и очень действенный компромат на семейку и на Синицкую.
Пока, всё складывалось как нельзя лучше. Камера снимала, Костины и Алёна помешались на грязных желаниях.
Ещё раз мысленно поблагодарив юную проститутку, которая осталась валяться дома холодным телом, Слон мечтательно вздохнул.
На этот раз, он планировал провернуть шоу с бабами не только в своем подвале. Теперь его манил куда больший масштаб. Мысли о том, как все эти три порядочных и чопорных пизды станут достоянием общественности, сладко будоражили воображение бывшего бандита.
Жестокость и циничность Слона не знала пределов. Рудаков и зам. Главы города казались просто детьми, в своих извращениях, по сравнению с Денисом. Всё, что происходило на поляне за домом Костиных, было лишь маленькой прелюдией к настоящей жести.
— Ты умница, - задумчиво улыбнулся Слон, глядя на Лизу. – Просто умница... - радовался он, видя как хотят ебли и как покорны девочки у его ног.
Завтра – их жизнь превратиться в настоящий кошмар и позор на весь город. Но сегодня, эти юные милашки были счастливы, радовались и получали удовольствие.
Костина-младшая изнемогала и терлась телом о газон, как голая самка в брачные период. В голове школьницы происходил хаос, штормовые волны возбуждения в теле будоражили её, заставляя терять контроль над собой.
Квадрокоптер над головой Соломатина спустился ниже, взяв голых девочек и трахавшихся супругов крупным планом. Под этим ракурсом вся развратная картина была как на ладони и с подробностями.
Член в вагине Костиной-старшей, охающая как грязная шлюха сама Вероника, дерущий её на виду у дочери муж.
Две обнаженные и оглаживающие друг-друга сочных и упругих школьницы, которые буквально плакали от переизбытка эмоций. Девочки целовались, сотрясаясь от слёз и дикого наслаждения от прикосновений к телам.
Компромата уже было более чем достаточно, можно было заканчивать вечеринку.
Но Денис не спешил завершать волшебный вечер...
Бросив взгляд на обжимающихся в поцелуях подружек, Соломатин прошел по газону и подхватил с земли садовый шланг. Обычный, зеленоватый и полупрозрачный. Слегка приоткрыв кран, Слон пощупал полившуюся воду пальцами, проверяя температуру.
За день, вода в баке нагрелась и теперь на руку Дениса лилась приемлемо-теплая влага.
Взяв со столика майонез, Слон молча подошел к заднице Синицкой и свинтив белый колпачок с пачки, выдавил «Махеев» в промежность девочки. Она
Глухомань...