«Почему у меня так не заросло? Это плохо?» – мучала себя подростковыми вопросами Лизка. – «И грудь у мамы больше и попа. Наверное, папе нравятся только такие, с хорошими формами, а я...» - вздыхала она про себя.
На какое-то время, жизнь юной и милой Лизы превратилась в гормональный кошмар.
– «Я, тощая и подержаться отцу не за что... Он никогда не захочет меня как женщину...» - убивалась она и снова отправляла пальцы в трусики, возвращаясь к сладкой и мучительной мастурбации.
А её тело тем временем наливалось тяжестью и округлостью юных, бархатных телес. Грудь росла, задница раздувалась как подкачанная, стройная осанка подчеркивала эту молодую роскошь.
Уже через пару дней клитор несчастной Лизы был истерт ей же самой до такой степени, что саднил даже от прикосновения ткани трусиков.
Мечты о руках отца загоняли её в ванну, в туалет и в любое другое помещение, где девочка могла уединиться. Но стоило ей кончить и выйти, как эти волшебные руки снова попадались ей на глаза.
Иногда отец рисовал на заднем дворе кистью, он был художник-любитель. А иногда, пара его пальцев проникала в банку со сметаной и он, весело смеясь, мазал её на нос Лизке. В такие моменты смеялась мама, смеялся папа, а их разогретая гормонами дочка только краснела как рак и выбегала из кухни.
— Что это с ней? – прекращая смеяться, смотрела вслед убегающей Лизе мать.
— Переходный возраст, - всегда одинаково отвечал Сергей, пожимая плечами и возвращаясь к трапезе. – Характер показывает! – пафосно добавлял он, делая назидательный жест вилкой и усмехаясь.
И вот теперь, полностью обнаженная Лиза, шаг за шагом приближалась к тому, о чем мечтала не один год. Девочка просто не могла поверить своим глазам, её тело пробирал трепет и волнение. Настолько возбужденной и раскрепощенной, Лиза не была ещё никогда.
Это была абсолютная свобода для тела и сознания. Без дурацких правил для «юных леди» и любой женщины, которая не планирует становиться общественной шалавой. В Лизе не осталось даже той самой, девичьей хулиганки, которая может позволить себе поебаться в клубе или отсосать за кафешкой.
Внутри школьницы осталась только наивная и безумно влюбленная из-за наркоты девочка. Все её мысли и желания были сосредоточены сейчас на том, чтобы превзойти мать, на члене отца.
«Я лучше...» - подползая в позе рабыни или собаки, бессвязно шептала Лиза. – «Я лучше, чем эта шлюха. Возьми меня, пап...» - умоляла она взглядом, перебираясь через обоссанное сквиртом и дрожащее в остатках оргазма тело матери.
Лиза не могла описать словами восторг и волнение от того, что отец смотрит с желанием. Не прячет свой член и не ругает её. Сергей просто наблюдал за тем, как обнаженная и крайне аппетитная телом дочь подползает всё ближе.
Немыслимый стыд Лизы и Сергея подавляла наркота, и она же распаляла в дочери и отце желания.
Искра между ними была идеальной для жаркого секса.
— Ты будешь моим первым? – с обожанием глядя на папу, шепнула Лиза.
— Буду, милая, - мягко кивнул отец и протянув руку, осмотрел лицо дочери бессмысленным, почти стеклянным взглядом. – Сделаю лучше, чем дружки твои прыщавые... Иди сюда, - он обвил пальцами теплое плечо девочки и потянул её к себе.
Валявшаяся рядом Ника, пришла в себя после агрессивной публичной ебли и взрывного оргазма.
Лежа щекой на траве, женщина наблюдала за тем, как раскачиваются груди ползущей Лизы и как бессовестно виляет её роскошная задница. Мать продолжала лежать, даже не одергивая платья и дочь прекрасно чувствовала запах маминой промежности.
Разогретое трахом и заправленное спермой материнское влагалище, выталкивало из себя излишки семени и соков. Две
Каждая ночь - сказка.