тело разрывалось от наслаждения. Она закричала, выгнулась дугой, соски прижались к моей груди.
Мы двигались синхронно — я в киске, он в её анусе. Каждый толчок делал её безумнее. Она стонала так громко, что, казалось, стены дрожат. Её ногти царапали мою спину, голова металась по подушке.
— Я не выдержу! — закричала она, но бёдра продолжали толкаться навстречу. — Ещё! Ещё!
Её тело взорвалось оргазмом, сильным, диким. Она содрогалась на нас обоих, но не останавливалась. Мы держали её крепко, двигались глубже, пока она не рухнула на него, вся в слезах и смехе одновременно.
— Я... я хочу так каждое утро...
— Ещё... не кончайте без меня... — шептала она, но тело уже не слушалось.
Мы задавали ритм вместе: он толкал снизу, я вжимался спереди между ее широко распахнутых ног. Каждый толчок пробивал её до крика. Она всхлипывала, кусала мои губы, выгибалась. Влажность текла по моим и ее бёдрам, попка судорожно сжимала его член, и мы оба чувствовали — она на грани.
— Кончай, Карина, — сказал я ей прямо в ухо. — Кончай с нами.
Она закричала и обрушилась в оргазм. Её киска сжала меня до боли, попка дёрнулась вокруг него. Она стонала без слов, вся тряслась, ногти впивались в мою спину. Я не выдержал первым. Вогнал до конца и взорвался в ней, горячая сперма рванула толчками глубоко в матку. Она вскрикнула, и в то же мгновение он под ней застонал, вдавился, и я почувствовал, как её тело дрожит ещё сильнее — его поток наполнял её попку. Она приняла нас обоих до конца. Две струи спермы внутри, два мужчины в ней, и она вся в дрожи, вся раскрытая. Мы остановились, обняли её. Она тяжело дышала, вся мокрая от пота, губы дрожали. Слёзы текли по щекам, но она улыбалась.
— Я полная... вся... — прошептала она. — Я не могу поверить, что это я.
Мы молчали, гладили её тело. Она лежала между нами, и из неё медленно вытекала сперма — густая, смешанная, горячая. Но ей было всё равно. Она только улыбалась и шептала:
Моя одноклассница