а потом довела себя до оргазма, лежа посреди улицы... ну, как она могла бы превзойти это?
Она, наверное, придумала бы способ.
Вспомни Серфджона. Не гонись за кайфом. Сёрфджон советовал ей находить радость в том, что она делает в данный момент, не оглядываясь в поисках следующей вершины. Наслаждайся опытом. Говорил он ей, когда они шли в поход или лазили по горам, чтобы она наслаждалась видом на всем протяжении пути, а не только когда они доберутся до вершины. Важен весь путь, а не только конечная цель.
Не гонись за кайфом.
Она лежала в постели в полночь, на грани сна, представляя себе разговор с Серфджоном, когда они оба шли по Франклин-стрит. Может, это был сон. Сначала они оба были одеты, но она раздевалась на ходу, точно так же, как она раздевалась в последнее время, пока не шла рядом с ним голая, а ее одежда была небрежно разбросана по тротуару позади них.
Он спросил: «Это то, чем ты этим сейчас занимаешься?»
Да, ответила она.
Почему?
Не знаю. Наверное, потому что мне скучно, а это весело. Захватывающе. И мне приятно быть на улице голой, когда солнце и ветер ласкают мою кожу.
Сёрфджон кивнул. Он понял. Сёрфджон проводил много времени на пляже, в океане, и она знала, что он не всегда носил купальный костюм. Она уже присоединялась к нему раньше, голая на песке; на пустом пляже в Мексике, на каменистом берегу в Испании.
И... начала говорить Аманда. Она хотела быть с ним полностью откровенной.
И?
И это меня возбуждает. Это меня заводит. Мне кажется, что в последнее время я постоянно возбуждена.
Он улыбнулся. Он спросил: «Это то, чего ты хочешь? Возбуждать себя? Это приносит тебе чувство удовлетворения?»
Она покачала головой. «Нет, — сказала она. — Я никогда не бываю удовлетворена. Меня это возбуждает. А когда я возбуждаюсь, мне хочется заниматься этим еще больше.
Он спросил: «Ты думаешь, что становишься зависимой от этого?»
Как ей ответить? Да. Возможно.
Как ты узнаешь, что зашла слишком далеко?
Я не знаю.
Нет, ты знаешь. Скажи мне.
Когда я поймаю себя на том, что гонюсь за кайфом, — сказала она. Вот тогда я зашла слишком далеко.
Он улыбнулся и кивнул. «Правильно», —сказал он. «Не гонись за кайфом.»
Это то, что Сёрфджон всегда любил говорить.
Аманда, наконец, заснула. С улыбкой на губах она погрузилась глубже в чудесный сон, в котором Сёрфджон наконец перестал говорить и вместо этого прижал ее к земле и вошел в нее своим твердым членом, пока она лежала на чьем-то газоне. Она сжала бедра во сне, мечтая о том, как трахается с ним.
У Серфджона всегда был чудесный член.
***
На следующее утро над озером нависла серая мгла. Аманда поднялась по лестнице в кабинет отца и села в его кресло, пила кофе и смотрела на дождь за окном. Низкие облака закрыли дальнюю сторону озера, окутывая его туманом. Ей казалось, что в этом есть таинственная красота – в том, как вода простиралась и исчезала в небытие.
Дождь погрузил ее в меланхоличное настроение, и она подумывала пропустить спортзал сегодня и вместо этого посидеть дома. Возможно, посмотреть какой-нибудь старый фильм или почитать книгу. Казалось, что это хороший день, чтобы остаться дома. Укутавшись в одеяло, рядом с окном, глядя на кружащееся серое небо.
Но она также не могла перестать думать о том, как Эбби застукала ее накануне. Реакция Эбби, когда она увидела ее голой. Аманда попыталась представить это в своем воображении, попыталась вспомнить точные слова Эбби, точное выражение ее лица. Эбби явно не одобряла то, что делала Аманда, но Аманда не была уверена, насколько сильно Эбби это не одобряла. Достаточно, чтобы
Субботний выходной