и Сашка, и Андрюха нашли сто причин, чтобы не бухать с другом юности, а уделить свободное время куда более полезным делам — просмотру сериальчиков со своими бабами, например. Затем я вспомнил, что завтра выхожу на работу и мне нужно было приготовиться к первому рабочему дню на новом месте, и с головой погрузился в эту подготовку. Когда из этих хлопот вынырнул, мне уже было тупо лень куда-либо идти.
Потом началась рабочая неделя. Я познакомился с персоналом, на половину состоявшем из женщин. Женщины-администраторы, женщины-координаторы, женщины-айтишники и так далее. Половина из них были уже замужем. Некоторые в замужестве потеряли былую привлекательность, другие, наоборот, приобрели. Коллектив выглядел дружным. Легкий флирт, приколы, смехуёчки. Все такие вежливые. Я обустроился на своем месте: новый комп, канцелярия, органайзер, даже ежедневник, которым я никогда в жизни не пользовался. Кофе-тайм каждые два часа по пятнадцать минут. В буфете кофе-машина. Женщины таскали всякую выпечку.
После второго кофе-тайма меня мужики позвали на улицу в курилку. Я не страдал этой привычкой, но за компанию почему бы не выйти. И вот тут открылась другая сторона. Мужики ныли и жаловались на рабочий процесс, обсуждали, кто кому из коллектива хотел вдуть. Я послушал и, чтобы поддержать разговор, говорю: «А я бы начальнице. А что? Красивая женщина. Всё при ней». На что мужики рассмеялись и давай показывать палец у виска, мол, вот дурак, губу раскатал. Я с ними посмеялся и ничего рассказывать им не стал о том, как она приняла меня на работу.
Сама работа была даже лучше прежней: Дмитрий, зная меня достаточно давно и мои способности за выходные выполнить недельную норму, зачастую садился мне на шею, хотя мое усердие и энтузиазм никак не сказывались на заработной плате. Здесь же ко мне пока еще присматривались, чтобы оценить потенциал. С нагрузкой я справлялся, предлагал варианты улучшения некоторых процессов и делился конфиденциальной информацией, чтобы насолить предыдущему начальнику-мудаку. Все это приветствовалось руководством компании, и Надежда даже намекнула на возможные бонусы. Я надеялся, что речь о финансах, поскольку уже накопились некоторые долги да и за квартиру надо будет платить.
Под конец недели я был вымотан и в пятницу вместо того, чтобы заняться поиском сексуальных утех, мечтал побыстрее оказаться в кровати. Одному. И предаться беспробудному сну до середины субботы. Пока я добирался до дома, начинал накрапывать дождь. Синоптики обещали ухудшение погоды и вероятность грозы. На полпути к своему съемному гнездышку я почувствовал, как вибрирует телефон в кармане: смски. Ни Юля Николавна, ни мама Вани Белова, ни, разумеется, соседка Мила – от них всю неделю сообщений и пикантных фото не было. На этот раз активизировалась семейная группа, из которой меня, очевидно, забыли удалить. Оказалось, сегодня у Полины выпускной. Ее мать слала в общую группу короткие ролики с вручением аттестатов, фотки с виновницей торжества из школы и ресторана, куда они уже успели прибыть.
Полина была просто заглядением: легкий макияж, не искажавший черты ее красивого личика, прямые волосы были завиты и уложены, с плеч ниспадало, облегая ее прекрасную фигуру, сиреневое платье, а на ножках туфли на высоком каблуке в тон платью. В руках выпускница держала клатч, а на ее лебединой шее красовалась золотая подвеска. Она выглядела счастливой на фотографиях. В глазах отражались огоньки люстр и софитов. Я написал ей личное поздравление, когда уже припарковался во дворе. К тому времени, на улице развивался шквалистый ветер, летели обломки веток с деревьев и дождь поливал, как из ведра. Я поставил машину поближе к подъезду, чтобы не промокнуть до нитки.
Утреннее приключение