Иван, совершенно голый, сидел, затаив дыхание и смотрел на то, что происходило на их супружеской кровати. Его глаза горели смесью возбуждения, ревности и чего-то ещё, что он сам не мог определить. Его руки сжимали подлокотники кресла, пальцы впивались в кожу, но он даже не замечал этого.
Катя стонала, её голос дрожал от наслаждения, а её тело покорно принимало мужчин одного за другим. Она украдкой поглядывала на мужа, вжатая в постель очередным ебарем. В её глазах мелькала едва уловимая усмешка — словно она знала, что именно сейчас творится у него в голове.
— Нравится? — прошептал ей один из мужчин, следуя её взгляду.
Катя не ответила, лишь приоткрыла рот, чтобы он мог вставить ей свой член. Не особо церемонясь, мужчина начал ебать Катю в рот, стараясь попадать в ритм с ебущим ее в писю.
Иван чувствовал, как его сердце бешено колотится. Но он был не в силах отвести взгляд.
Казалось, каждый стон жены прожигал его изнутри. Он хотел вскочить, крикнуть, остановить это... но вместо этого его рука медленно опустилась между ног.
Вдруг еще один из мужчин обернулся к нему и ухмыльнулся.
— Ну что, Ванёк? Нравится шоу? — прозвучал его голос, как из динамиков.
Иван не ожидал, что его заметят, что в этом действе есть место и для него.
Катя, услышав вопрос, медленно повернула голову в сторону мужа, её губы, измазанные в сперме, растянулись в сладострастной улыбке.
Сердце Ивана бешено заколотилось. Он не знал, что делать — остаться наблюдателем или стать частью этого безумия. Но тело уже начало реагировать само.
Он медленно поднялся с кресла, его член был напряжён до предела. Шаги давались ему тяжело — ноги дрожали, а в голове пульсировала смесь стыда и желания.
Он подошёл ближе, и один из мужчин, широко ухмыляясь, потянул его за руку:
— Ну же, хозяин, не стесняйся! Раз жена зовёт...
Катя, вся покрытая испариной и чужой спермой, протянула к нему руки. Её глаза блестели от возбуждения, а губы дрожали:
— Ваня... я хочу тебя... прямо сейчас...
Его пальцы впились в её бёдра, резко притянув к себе. Он не был нежен — слишком долго сдерживался. Грубо входя в неё, он услышал её стон, смешанный с одобрительным смехом мужчин вокруг.
— Ого, хозяин даёт жару! — проворчал кто-то сзади.
Но Иван уже ничего не слышал. Мир сузился до разогретого другими мужчинами обжигающего тела жены, до её сдавленных шёпотов: «Да, вот так... сильнее!» Он чувствовал, как другие мужчины касаются её, как их руки скользят по её груди, бёдрам, как кто-то вонзает в её рот свой хуй. Но теперь он был частью всего этого.
И чем яростнее он трахал её, тем чётче понимал — ему это нравится. Нравится видеть, как её используют. Нравится, что она вся в них, вся в их сперме, которая течет у нее по ногам и по губам. Но при этом она кричит его имя.
Иван резко остановился, его грудь тяжело вздымалась. Взгляд скользнул вниз — Катя лежала перед ним, вся перемазанная в сперме с головы до ног. Её раздробленное тело под ним дышало жаром.
— Вылижи её, — хрипло прошептал один из мужчин, шлёпая Ивана по плечу.
— Свою грязную женку надо приводить в порядок, - прохрипел второй.
Катя слабо потянулась к нему, её пальцы запутались в его волосах.
— Ванечка... сделай это... Любимый...
Иван опустился на колени, провёл языком по внутренней стороне бедра жены. Солёно от пота, горько, терпко. Кругом чужие следы. Из пизды течет так, будто в ней побывала целая футбольная команда. Его
Его руки держали ее за плечи