робот, ничего не видя и не слыша. О Джеймсе она не говорила никому. Даже Люси, которую, за неимением лучшей, считала своей хорошей подругой. Джеймс был ее личным секретом, и Сандра никому не хотела его выдавать.
Оставив дипломатическую работу, Адриан де Монсе стал председателем комитета по развитию внешней торговли. Сегодня утром он уехал в Париж по делам. Сандра как не старалась, так и не могла понять, что означает новый звучный титул отца. Она знала только одно, что ее отец больше не посол, что ей не придется ходить в школу в Риме или Бейруте. Или еще где-нибудь. Весь год они жили в Рамбуйе, раньше в этом доме они только отдыхали. И до прошлого четверга она сожалела об этом и даже обижалась. Ведь она привыкла вести роскошный... Даже богемный образ жизни!
Несколько раз Сандра с трудом сдерживалась, чтобы не задать отцу вопрос о Левелине. Но последнее время он был холоден с ней...
Хорошо! - сказала она сама себе и встала с кушетки, - Хватит хандрить... Пришло время предпринять что-нибудь...
И она решительно отправилась внутрь дома, чтобы позвонить каждому Левелину, который будет записан в телефонной книге.
В холле она встретила Адель, которая улыбнулась ей, думая, что Сандра направляется в свою комнату на встречу с Цицероном. Но стоило воспитательнице завернуть на кухню, как Сандра быстро прошла по коридору в кабинет отца. Это было запретное место в доме, заходить сюда не разрешалось никому. Впрочем, этот запрет не мешал Сандре частенько наведываться сюда, хотя она и испытывала небольшое, но приятное чувство тревоги. Она открыла дверь и оказалась в царстве бумаг. Сотни толстенных томов разместились на полках, которые закрывали все стены. Горы досье лежали на массивном дубовом столе. Справа от Сандры стоял покосившийся книжный шкаф, готовый, словно Пизанская башня, упасть в любую минуту. Слева находился открытый ящик, набитый старыми иллюстрированными журналами. Сандра любила этот кабинет и его специфический аромат. Запах полированной мебели, бумаги и сигаретного дыма. В дверях она остановилась, но только на одно мгновение. Так Сандра делала всегда, вторгаясь в святилище отца, а затем направилась к столу. Она удобно уселась в большом кожаном кресле возле стола и сняла трубку. Правая рука ее лихорадочно искала в справочнике фамилии на букву «Л».
В Париже жило семь семей Левелинов. Сандра даже не задумывалась, что Джеймс может жить где-нибудь в пригороде. Она приложила трубку к уху, мысленно повторяя приготовленные слова, и уже собиралась набрать номер. И тут она услышала шаги по коридору. И судя по шагам это был ее отец. Девушка бросила трубку и быстро оглянулась в поисках пути к отступлению. Но единственный путь на свободу лежал через дверь...
Быть беде, если он поймает меня здесь... Давай, Сандра... Думай быстрее! Окно? Да, но как его закрыть потом? Черт возьми, а чуланчик, где отец всегда хранит свои бумаги?
Она оттолкнула в сторону большой глобус, который жалобно заскрипел на своих шарнирах, и, едва дыша, влетела в крошечную кладовую. Дверь за ней закрылась в тот самый момент, когда открылась дверь кабинета.
Поездка на пикник