Это... неправильно.Она сглотнула, и я заметил, как она слегка сжала бёдра, будто борясь с собой. Между ног у неё, наверное, заныло — я представил, как она влажнеет от мысли, что возбудила молодого парня, своего внука. От этого моя эрекция вернулась, но я постарался скрыть.
— Извини, я постараюсь не возбуждаться больше, когда делаю укол, — пробормотал я, опустив голову.
Она вздохнула, погладила меня по плечу. "Завтра позвони друзьям, пойди на пиво с ними, может, с подругами познакомят. В твоём возрасте нужно жить полной жизнью."
— Девушку так быстро не находят, — возразил я, (специально вру, чтобы надавить на жалость). — И мне не всё равно с кем быть в первый раз. Я должен любить человека. — Сказал это с грустью в голосе, глядя ей в глаза, как будто я девственник, неопытный парень, который ждёт настоящей любви. На самом деле, после деревни я знал, чего хочу, но эта ложь могла её растрогать.
— Ну и зря ты так, пока молодой...потом жалеть будешь — ответила она, но в голосе мелькнула нотка сомнения. — Ладно, разберёшься сам. Главное, не мучайся. — Она встала, вышла из комнаты, но я заметил, как она задержалась в дверях, будто борясь с собой. "Хочет помочь мне? — подумал я. — Хочет лишить 'девственности'? Но боится...". Она оставила меня одного с мыслями или просто хотела, что бы я сам разрядился в комнате. ..и закрылась в спальне. ...
***
На утро я проснулся со странными мыслями, которые кружились в голове, как вихрь. С одной стороны, я безумно хотел Галину Петровну — её полное, зрелое тело, эти мягкие складочки на животе, круглая задница и груди, которые так и манили прикоснуться. Вчерашний разговор, её слова о том, что мне нужна девушка, и мой враньё про "первый раз" только усилили желание. С другой стороны, я не хотел её смущать или давить — она же моя бабушка, линии матери, с которой мы едва были знакомы. Но это табу только подливало масла в огонь, делая всё ещё более возбуждающим. Я лежал в постели, чувствуя, как хуй уже слегка напрягается от воспоминаний о её ягодице под ночнушкой во время укола, и пришлось усилием воли встать, чтобы не начать дрочить прямо там.Она как всегда уже хлопотала на кухне — запах свежих оладий и кофе разнёсся по квартире, создавая уютную, домашнюю атмосферу. Я быстро принял душ, стараясь не думать о её белье, которое висело на сушилке в ванной: белые трусики с кружевом по краю, от которых вчера у меня встал колом. Почистил зубы, надел шорты и футболку и пошёл завтракать. Мы сели за стол, но старались не затрагивать вчерашний разговор — воздух был наэлектризован неловкостью. Она налила мне кофе, улыбнулась тепло, но в глазах мелькнуло что-то — смущение? Желание? Я думаю, она тоже была смущена тем, что на неё встал у её собственного внука. Её щёки слегка розовели, когда наши взгляды встречались, и она быстро отводила глаза.
— Саш, я сегодня сама себя уколю в бедро, не хочу тебя смущать или мучить… — сказала она тихо, не глядя на меня, помешивая сахар в чашке.
Я не ожидал такого от неё — это как удар под дых. Ведь вчера она видела мой бугор в шортах и даже не отругала, а теперь отступает?
— Ты меня не смущаешь, мне приятно тебе помогать, зачем же ещё внуки? — ответил я, стараясь звучать уверенно, но голос слегка дрогнул. Я представил, как снова вижу её обнажённую ягодицу, гладкую кожу, лёгкие морщинки, и
JULIA (R/N/S)