— Тётя, я просто полотенце забыл, — последовал лживый ответ Дениса.
— Вранье! Вон!
Тишина, такая густая, что ее можно было резать ножом.
Потом шаги, тихие и крадущиеся.
Дверь открылась, и Денис вышел, ухмыляясь, словно победитель, сорвавший куш.
— Ну что, — прошептал он Диме, от негодования пересохло в горле, — я же говорил. Она не так уж и злится, как делает вид. Ей нравится эта игра.
Дима смотрел на него в оцепенении, не понимая, что он чувствует – ненависть к Денису, или… зависть, черную, разъедающую зависть.
Взрыв эмоций
Позже, когда Алина заперлась в своей комнате Дима не выдержал, его терпению пришел конец.
— Ты совсем оборзел! — он схватил Дениса за грудки, сжимая ткань до хруста.
Тот даже не попытался сопротивляться, только насмешливо приподнял бровь.
— О, ревность заговорила?
— Да ты… ты…
— Что тебе не хватает?! — вдруг заорал Денис, вырываясь из хватки. — Ты что, слепой? Она же сама все позволяет! Она играется!
Дима отступил, ошеломленный его словами.
— Но это же… как-то аморально.
— Что? Аморально? Неправильно? — Денис расхохотался, словно сумасшедший. — Брось, ты сам на нее пялишься. Она красивая женщина, и ты это знаешь.
Выражение лица Дениса вдруг стало серьезным, пугающе серьезным.
— Слушай, я тебе честно скажу. У меня тетка красивая, но одинокая. Ей приятно внимание, она расцветает от этого. А если получится больше… ну, я не откажусь. Кто бы отказался?
Дима сжал кулаки до боли.
— И что, ты думаешь, она…
— Не знаю. Но я попробую, просто. — Денис хлопнул его по плечу, словно друга, посвящая в свой коварный план. — И тебе помогу.
— Как?
— Ну, я помирю вас, заставлю ее смотреть на тебя другими глазами. Дам тебе шанс, о котором ты и мечтать не смел. Только не мешай мне, понял?
Дима замер, разрываясь между отвращением и искушением.
Он ненавидел себя в этот момент, презирал за слабость.
Но внутри, в самой глубине души, что-то дрогнуло, поддалось.
***
Перед сном Денис снова что-то писал в своем телефоне, словно заключал сделку с дьяволом.
Дима лежал, глядя в потолок, в темноту, которая казалась бездонной.
Он не знал, что принесет ему завтрашний день, какие новые ловушки расставит судьба.
Но одно было ясно, как день – игра только начиналась...
На войне, как на войне