юбку совсем на спину, открыв изумительно круглые, ослепительно белые и нежные ягодицы. Зрелище захватило его, и он начал водить по гладким булочкам ладонью наслаждаясь их теплой матовостью, мягкостью и свежестью. Это было не столько сексуальное, сколько эстетическое удовольствие – совершенные формы, актуальные во все времена, абсолютная гармония сфер.
Но пора было ебаться, член уже гудел от долгого напряжения.
— Эх, хорошая жопа, ноги раздвинула быстро! - Опустился он рядом с ней на колени, прижимаясь к ее бедрам. Приложив усилия и переборов активное сопротивление пленницы, он вклинил между ее ногами свои колени и укоренился на завоеванном плацдарме. Теперь вся ее задняя часть была у него перед глазами! Узкая талия подчеркивала богатство большой и ровной, идеально круглой и упругой светло-розовой задницы ниже. - «Везёт же этим юным дуралям - парням, которым просто, без всякого насилия, эти юные блядушки дают такие великолепные тела, еби на здоровье и благодари судьбу!».
Заворожённый никогда не надоедающим видом, он снова стал гладить ладонями бархатную кожу, поднимая их то к талии, то проводя по боковым округлостям бедер, пробуя, сминая упругие телеса. Насытившись таким массажем, мужчина раздвинул тугие ягодицы, жадно вперив взгляд в спрятанные там богатства: чуть пигментированное, но нежное и плотно сжатое очко с малюсенькой черной точкой родинки прямо на розовом крае, и чуть разошедшаяся от его поглаживаний голая, как персик, щелка, которая пульсировала от страха. Он смотрел туда, запечатлевая в памяти каждую складочку и мельчайшую деталь, держа руками упругие булки, которые так и норовили сжаться и закрыть от него всю эту волшебную картину.
— Ты же у нас беременная? Залететь, стало бы, не можешь. Потому можно тебя без резинки ебать! Да и нет их у меня, если что! Все мои подружки уже отрожались давно. Ха-ха! Старые бабы, не то, что ты! - Он приспустил треники, выкатили мохнатую залупу и прислонил её к теплой выпуклости девичей письки, наслаждаясь тем, как она мягко вдавливается в розовую щель, приминает и вдруг проваливается внутрь всей головкой.
— О-о-о-о! – Застонал он от эстетического и физического восхищения. Гостья вздрогнула, почувствовав его внутри. Но зажатая и обездвиженная, она могла только мычать и вертеть задом.
Головка – хорошо, но он хотел большего. Дальше легко не заходило. Он надавил, но то ли она сопротивлялась, сжав внутренние мышцы, то ли была такой узкой от природы, только продвинуться он не смог. Толкался у входа, почти ебал, качая бедрами и гоняя головку в упругой женской плоти, тёплой воронкой охватывающей его член. И этого бы ему хватило, чтобы закончить довольно быстро. Но он решил овладеть ею полностью и до самой блядской беременной матки.
— Эй, ты расслабься, а то в жопу запихаю! - Пригрозил он и успел поймать, пока она переключала свое внимание на другое отверстие, даванул, поднажал, и уже без церемоний и болезненно туго, с каким-то хрустом и натягом, прорывая неожиданно крепкие преграды, вломился в теснейшую щелку по самые помидоры. Девушка страшно вскрикнула, почти подпрыгнула над диваном, дёрнулась, мотнула башкой, отталкивая его связанными руками. Он на силу её удержал, придавив своим телом сверху.
— Тихо, тихо, девочка! Уже всё! Чой-то я не понял, что там порвалось у тебя?! – Когда она успокоилась, он озадаченно откинулся и медленно потянул член наружу. Вместе с колечком плотно охватившей его вагины показались темно-красные мазки крови.
– Не понял, ты что ли, девка была?! А как же беременность?! - Он пораженно остановился, переваривая. - Вот повезло, еще и целку сорвал! – И снова задумался, - Да как он тебя обрюхатил-то? Из жопы
Воробушек