позволяя мне насладиться её видом. Диляра была одета в строгий, но безумно элегантный костюм, подчеркивавший её безупречную фигуру. Рядом с ней, на почтительном расстоянии, шел высокий, представительный мужчина с проседью у висков – её новый муж, тот самый влиятельный поклонник.
«Вот он, мой бывший слуга, а ныне – личный секретарь, Саша», – представила меня Диляра, обращаясь к супругу. Её тон не допускал возражений. «Он будет помогать мне с бумагами и личными поручениями. Я тебе рассказывала».
Мужчина, которого она назвала Аркадием Степановичем, оценивающе кивнул. В его взгляде не было ни капли ревности или удивления – лишь спокойное, почти рабское принятие воли жены.
«Разумеется, дорогая. Всё, что ты решишь», – мягко сказал он, и в его покорности я узнал то самое чувство, что испытывал сам весь прошлый год. Этот могущественный человек был таким же рабом у её ног, как и я.
Диляра уловила мою мысль и едва заметно улыбнулась.
«Аркадий полностью одобряет наши с тобой... рабочие отношения. Более того, он считает, что в большом доме необходима своя иерархия. Ты будешь подчиняться мне. А в моё отсутствие – ему. Но только в бытовых вопросах. Понятно?»
«Да, Госпожа Диляра», – ответил я, опускаясь на одно колено и склоняя голову в почтительном поклоне.
«Встань, Саша», – разрешила она. – «Аркадий, покажи ему его кабинет. Вернее, комнату для работы. А я пойду переоденусь. Саша, через полчаса жду тебя у себя с массажем стоп. День был долгим».
Когда мужчина повёл меня по коридору, он сказал тихо, почти по-товарищески:
«Диляра Тимуровна – женщина исключительная. Она достойна того, чтобы перед ней преклонялись все окружающие её мужчины. Считай, что тебе крупно повезло. Я, например, счастлив, что она позволила мне стать её мужем. И её рабом».
В его словах не было ни тени стыда или унижения. Была лишь гордая, безграничная преданность.
Спустя полчаса я уже стоял на коленях в её будуаре, растирая в руках ароматное масло. Диляра полулежала на кушетке, закрыв глаза. Я бережно взял её босую ногу и начал массаж, следя за каждым её вздохом, каждым движением. Это было возвращение домой.
«Знаешь, Саша, – тихо произнесла она, не открывая глаз, – мой муж очень богат и влиятелен. Но даже он признаёт, что есть нечто большее, чем власть и деньги. Это – власть женщины над мужчиной. И я ею обладаю».
Я почтительно прикоснулся губами к её пятке.
«Я знаю, Госпожа. И я бесконечно благодарен, что вы снова позволили мне быть подле вас».
Так началась моя новая жизнь. Жизнь личного секретаря, раба и преданного слуги при той, что была для меня не просто женщиной. Она была Божеством. И я снова был у её ног. Там, где и должен был находиться.
Моя новая роль «личного секретаря» оказалась куда сложнее и многограннее, чем я мог предположить. Помимо работы с бумагами её благотворительного фонда, массажа стоп и ухода за обувью, я стал частью странного иерархического механизма, который Диляра выстроила в своем новом доме. Я был ниже её, но, к своему удивлению, в некоторых вопросах – выше Аркадия Степановича. По крайней мере, такова была воля Госпожи.
Однажды вечером, закончив разбирать почту, я услышал из кабинета Диляры её голос, холодный и резкий, каким он бывал только перед поркой.
«Аркадий! Иди сюда! Немедленно!»
Я замер, стараясь не шуметь. Через мгновение увидел, как бледный, похожий на школьника-нарушителя Аркадий Степанович, этот влиятельный человек с проседью у висков, торопливо прошел по коридору и скрылся за дверью кабинета. Мне стало любопытно. Я прислушался.
«Ты знаешь, за что?» – раздался голос Диляры.
«Предполагаю, Госпожа... Я позволил себе усомниться в твоём решении относительно контракта», –
Как меня отшлёпали на глазах 10-и девушек.