— Анька, приводи завтра своего к нам в гости в двести седьмую, пусть мою Нинку трахнет!
— Да-да пусть меня трахнет, я хочу его х...! – захлебнулась доведённая до экстаза видимо та самая Нинка.
— И меня!
— И нас!
— А меня? Я тоже хочу!
Женщины, завороженно наблюдавшие за происходящим, не могли сдержать вздохов восхищения, пуская слюни на торчащий мужской орган.
— Светка, а ты что опять встала! Покажи целку! Видишь, как на тебя дрочиться тяжело! В следующий раз Ленку из второго ведущей сделаем на её манду даже мёртвый кончит! – ревела публика теперь уже обращаясь к ведущей соревнование прелестной Светлане.
— Да никакая я уже не целка! Сколько вам всем можно показывать! Вот! – не довольно взвизгнула девчонка, выпячивая лобок и растягивая свои половые губы, - Видите, не целка не целка я!
Не знаю, что там можно было видеть, но публика довольно засвистела и в этот момент я ощутила прикосновения чужих рук сзади на попе и спереди на лобке. Ох...
Разве так можно поступать с возбудившейся женщиной?
В толчее окружавших меня фигур – мужчин и женщин, я не могла различить, чьи это были пальцы, но действовали они уверенно. Сзади, настойчивый палец раздвинул ягодицы, намереваясь проникнуть внутрь, а в это же время чьи-то руки принялись жадно ласкать низ живота натирая и возбуждая уже и без того возбуждённую мою половую щель. Захлебнувшись немым стоном, я лишь непроизвольно шире расставила ноги позволяя чужим пальцам глубже проникать в самые чувственные уголки своего тела. Голова закружилась, часто-часто забилось сердце, но последним усилием воли я всё же попыталась отпихнуть от себя ласкающие меня жадные пальцы. Готовая на жалкое подобие сопротивления, я бессильно опустила руки, в кулачках которых, словно по волшебству, тут же оказались зажаты два крепких, незнакомых мне члена. Это стало той самой искрой, что воспламенила давно тлевший во мне фитиль! Мир взорвался перед глазами калейдоскопом красных вспышек, и, подражая неистовым движениям Анны, я взорвалась. Натянутая, как тетива, на чьих-то пальцах, я застрочила руками, словно бешеная швейная машинка.
Публика ликовала в безумном экстазе, Анна неистово работала руками надрачивая орган мужа, и я, охваченный всеобщим безумием, вторила ей в унисон не жалеючи натирая мужские органы своими ладошками.
Кончили все дружно вместе!
Анна сделала своё дело словно затвор винтовки резко передёрнув кожицу на члене мужа. Муж выгнулся напрягся и его член изрыгнул длиннющую струю спермы. Розовая Прелесть, всё это время бесстыже демонстрировавшая обезумевшей толпе отсутствие девственности, наигранно пискнув, едва успела отскочить в сторону. В тот же миг выпущенная сперма, словно жемчужная комета, прочертила воздух и, пролетев почти половину ковровой дорожки, брызнула рядом с её розовыми кроссовками.
Вокруг меня взметнулся вихрь женских визгов, и вторя им из моей груди вырвался дикий, первобытный вой. В тот же миг мои ладони омыла горячая, липкая слизь ручьями, заструившаяся по моим ляжкам.
— А вот хрен вам! – торжествующе воскликнула Анна, её лицо, раскрасневшееся от помады и волнения, озарилось ликованием. Она игриво показала кукиш ошеломленной толпе. В ответ раздался взрыв хохота, и в этот самый момент чей-то дерзкий палец вновь скользнул внутрь моего влагалища, вызвав во мне новую, неудержимую волну наслаждения. Что-то твердое и упругое, словно раскаленный клинок, вонзилось мне меж ягодиц. Горячая, обжигающая слизь потекла по ним, и двор, потеряв опору, вновь закружился
Я тебя всегда буду любить...