Десять – пять! Ирина ведёт! – прокомментировала дама. - Матчбол!
Сидящая справа светловолосая женщина одарила соперницу довольной улыбкой – видимо, это и была та самая Ирина.
В этот момент соперница нанесла хлёсткий удар ладонью, и красный шарик, словно взбесившаяся пружина, отскочил в сторону Ирины. Та, приготовившись к подаче, замахнулась, но промахнулась. Шарик, не долетев до её ладони, вдруг непостижимо увеличиваясь в размере замер в воздухе. Застыв на мгновение, он дернулся и выплюнул длинную, мутную струю жидкости прямо в лицо растерянно заморгавшей Ирины.
— Кончил! Чистая победа! – громогласно провозгласила комментаторша, и её пышная грудь заколыхалась коричневыми сосками в такт словам. - Итак, победа присуждается Карине!
Карина, соперница проигравшей Ирины под её недовольный взгляд радостно захлопала в ладоши.
— На корт вызываются следующие претендентки, жаждущие титула "Ловкая ладошка"! Встречайте, Катя и Катя, гордость квартиры номер сорок пять! В этом поединке за звание лучших сойдутся мать и дочь! – вновь протрубила пышногрудая комментаторша, подогревая азарт публики.
С ближайшей лавочки поднялись две симпатичные женщины, облачённые в одинаковые обтягивающие белые топики. Одна чуть постарше, а вторая помоложе. Обе спортивные, стройные, с волосами, одинаково стянутыми в хвосты под белоснежными бейсболками.
Признаться, та, что постарше – наверное, мама – приглянулась мне даже больше. Небольшие упруго выпирающие сосками из-под топики груди, плоский женственный живот, выступающий лобок с оттопырено свисающими ушками половых губок моментально привлекли моё внимание.
Дочка по привлекательности отвисающих губок и упругости торчащих грудок мало чем уступала маме, но мама всё равно нравилась мне больше.
Претендентки ступили на импровизированный корт, и, одарив публику обворожительными улыбками, заняли свои места на песке, хранящем еще тёплые воспоминания о формах Карины и Ирины.
– Ну, а мы что разлеглись? – комментаторша, склонившись, покачивая отвисшими грудями окатила лежащего на песке мужчину волной едкого сарказма. – Ваш шарик сдулся! Эй, кто там, живо замените этот спустивший шарик!
Мужчина с неохотой поднялся на ноги, а его место тут же занял крепыш помоложе, примерно ровесник маминой дочки. Его уже готовый к началу единоборства «шарик» торчал и казался заметно массивнее предыдущего.
— Вбрасывание! – громко хлопнула в ладоши дама.
Соревнование между мамой и дочкой началось.
— Головка на лево!
— Головка на право!
— Промах!
Спортивный снаряд, словно алая шаровая молния, сверкнув на солнце, бешено заметался между проворными ладонями двух женщин. Соревнование захватило меня целиком, но внезапный, возбужденный рев, взорвавшийся за моей спиной - отвлёк, так и не дав мне увидеть победителя. Я резко обернулась на шум.
Прямо на меня смотрела воткнутая на палке в песок фанерка, покрашенная белой краской с неровной красной надписью:
«Стрельбище мужей! Соревнования только для семейных пар»
Ух ты как интересно звучит, прямо как отстрел мужей! За что это они их так? Может быть, за поблядушечки которые, несомненно, популярны в этом доме под руководством такого достойного Иван Иваныча. Сходил муж утром на лево, а вечером бац и уже на торжественном мероприятии у позорного столба скалкой по одному месту! Больно? А ты не ходи по чужим, с женой спи!
За указателем открывался вид на полуобнаженные спины, и двор оглашался возбужденными выкриками его обитателей, полными первобытной страсти.
— Люська сильнее, сильнее дрочи ему! Да головку слюнями смажь, не видишь чтоль сухая она у него совсем.
— Зинка, а ты давай, давай быстрее! Он уже потёк у тебя!
— Светка, не стой как как кукла! Давай манду им свою покажи! Видишь мужики кончить не могут! Раз сама выбралась вести стрельбы так веди! А то стала и стоит куклой резиновой! Давай мужиков заводи! Жопой шевели да сиськами тряси!
— Люська, Люська... Люська...
Все и мужчины и женщины, заведенные чем-то мне невидимым,
Как я стала шлюхой