время на предварительные ласки. Девушка всегда была мокрой стоило нам остаться на едине. В этот раз не стало исключением. Таня встала на четвереньки на диван, прямо в гостиной, манящи покачивая своей толстой пердаком. Мой толстый шестнадцатисантиметровый боец уже был на взводе, капая предэякулятом на диван. Сжалившись над бедным плачущим бойцом, я поспешил спрятать его в любимую мохнатку, которая со слезами радости ждала своего частого постояльца. Стоило головки раздвинуть мокренькие нижние губки, как Татьяна сладостно выдохнула. От её стонов давление в моём члене всегда повышалось до придела, готовым взорваться от любого движения. Ухватившись за широкую жопу сильнее, я стал медленно выходить из растянутой мной киске, от чего та, не желая отпускать, сомкнулась на широком стволе. Когда внутри Тани осталось только головка, я остановился и стал медленно входить в неё обратно, что вылилось в новую порцию стонов. Это была игра, в которой дразнят партнера. Я сделал ещё несколько раз, пока полная киска не взмолилась увеличить темп губами девушки.
— Сука! Быстреее блаАТЬ! – Упираясь лицов в подлокотник дивана, а её нижняя часть изнывала под давлением мясной палки. – Ууух! Мляаать! –
Выдала Таня стоило мне резко войти в её хныкающую киску. Она прятала лицо в мягкую часть дивана, чтобы не шуметь сильно, хотя мои соседи через стенку никогда не жаловались на её стоны. И я не собирался облегчать ей задачу, напротив, специально наращиваю темп. От заданной скорости по дому начали раздаваться шлепки и флажные всплески. Мой пах оглушительно ударялся о жирную белую задницу, от силы создавая волны на упругой гладкой коже. Я обожал эту растянутую пиздёнку и эту мясистую жопу. От быстрый и интенсивный ебли, мои яйца были взрываться белой спущёнкой в любую секунду, чём поспешил сообщить
— ЩАС СПУЩУ! – Рычу, стараясь не сбить дыхание, и начинаю ещё активнее двигать тазом создавая на широких ягодицах настоящий шторм из шлепков.
— Ещё чуть-чуть! Ещё чуть-чуть! – Сквозь зубы пищит вспотевшая Таня, а её лоно начинает облизывать мой кожаный ствол, как леденец. От такой стимуляции мокрой киской мой член начинает пульсировать, готовый вот-вот выплюнуть лужу с головастиками. – АРТУР! СТОЙ! СТО-ОЙ! –
Не слушая сучку, я начинаю спускать в её влажную от соков дырку свой фирменный крем. Маленькими, но частыми порциями, пока яйца облегчено не выдохнули холостые залпы. Стук сердце гремит в моих ушах, спина, как и лоб давно уже мокрые от горячего пота. По вздрагиванием Тани, я понял, что она тоже кончила от горячей спермы в своей киске.
— Та-ам фу-ух! Там фу-ух! Фуух! Дядя пришёл! – Сквозь тяжёлые выдохи произносит вспотевшая девушка, тыча дрожащим пальцем в сторону коридора.
Вздрогнув, я смотрю в указанное направление, и мысленно матерюсь. В коридоре стоял мой батя, которой стал свидетелем греховного соития. Его искажённое лицо, как и большие круглые глаза говорили об СИЛЬНОМ удивлении. Отец хлопал ртом как рыба на Берегу, не в силах что-то внятное сказать, пока не раздался ещё один голос.
— Глеб? Ты чего там застыл? – Спросила мама, что ещё не успела зайти в дом. Стоило бы ей ступить в коридор, как ей сразу же открылся бы хороший вид наши полуобнажённые тела, но внезапно помощь пришла откуда её не ждали.
Не сводя с нас взгляда, батя перегородил матери дорогу спокойно и всё же упорно выталкивая жену на улицу. От чего она не стала свидетелем шокирующей сцены. Пока батя отвлекали маму, мы с Таней стремительно оделись, словно отслужили в армии два года. Когда родители, всё же зашли в дом, моя сообщница успела
Письмо любимому