толстая мясистая жопа не раз делали маму объектом моей фантазии. После каждой разрядки, я буквально чувствовал себя мерзко от подобных мыслей. Мне срочно было нужно потрахаться. И шанс представился.
Мамин младший двоюродный брат решил жениться, а как известно свадьба в деревне и случайный секс буквально синонимы. Этому способствует, конечно, длительность мероприятия три дня минимум и халявный алкоголь. Эти вещи срывают трусы баб хлеще чем ветер бельё после стирки. Короче накормить кого-нибудь солоноватой колбаской получилось бы сто процентов. Вот только наше семейство не осталось с ночёвкой у маминых родственников.
И виноват в этом батя, ага. Пока ехали домой родители спорили и выяснилось, что батя обжимался с какой-то там шлюхой, по словам мамы, естественно. Отец уверял, что ничего не было, что он ей не позволил упасть. Вот только мать не желала сдаваться, она оперировала тем, что её муж исчезал со всех радаров на целых два часа. А когда батёк вернулся то на лице его была помада, да ещё и ширинка была расстегнута. Но Отец не пальцем деланый, потому утверждал, что помада бабы Кати, а ширинка, скорее всего была расстегнута после похода за сарай в туалет. В общем батя был языкастом и оперировал логикой, в тандеме с легким нападением.
— Блядь, Настя! – Немного повышал голос. – Ты ведь тоже исчезала и довольно часто, но я не делаю тебе мозги. Дорогая, ты даже со сватьями танцевала, я тебе слово не сказал, лишь следил чтобы те руки не распускали. А тем, кто был нагл, доходчиво объяснял, что будет с их шаловливыми лапами, если ещё раз они что-то сделают. Настя, милая моя, это вопрос доверия и уважения. Я уважаю тебя, и никогда не стану тебя обманывать, и уж тем белее не стану тебе изменять! –
Голос моего бати звучал спокойно, но уверенно. Бала у него какая-то харизма, заставляющая верить ему. Вот и мама всегда была слаба перед его речами.
— Это правда Глеб?! – Будучи хорошо пьяной мама могла расчувствоваться от любой сентиментальной чепухи.
— Конечно, Насть! Ты моя единственная любовь! – Чувственно заверял отец.
— Глебка! – На переднем сидении началась возня и послышались влажные чмоки губами.
— Тихо! Тихо! Ты куда своими шаловливыми лапками полезла! Слетим с трасы же! Да и этот охломон спит, разбудишь же! – Начал возмущаться отец, когда матушка начала лесть к отцу в штаны. – Дома! Дома дорогая, потерпи похотливая моя! Тут двадцать км осталось! –
— Хи-хи-хи! – Игриво смеялась мать, не забывая приставать к мужу, но уже не так настойчиво. – А, Артурчик спит как убитый, устал похоже, хи-хи-хи! Так что можно немного... -
Послышались очередная волна приставаний, на которые батя просил потерпеть. Справедливости ради родители вправду считали, что я устал и сплю. Просто мне не хотелось становиться очевидцем их ссоры, потому сразу развалился на заднем притворившись спящим. К их чести, скажу, что их ругань и всё остальное, велась громким шёпотом. Хорошо, конечно, что всё хорошо кончилось, но мои опухшие яйца требовали опустошения. План по легкодоступным пёздам помахал помахал ручкой. А тут ещё брачные игры родителей и не двузначные разговоры возбудили, от чего пачкун хотел порвать трусы и штаны. Больная фантазия рисовала как в скором времени родаки будут жадно сношаться дома, что не делало мою ситуацию легче.
Благо, двадцать километров до дома кончились спустя минут шестнадцать. Стоило мне приехать домой, как родители поспешили меня «Разбудить». Батя начал загонять машину в гараж, а мне предстояло довести шатающуюся от выпитого мать домой. В одной руке я держал гостинцы со свадьбы,
Как я потерял невинность