Шутила беззлобно мама. Судя по всему, она ни о чём не подозревала. – Я тоже. Танцевала вчера... -
И сердито начинает смотреть на отца, на что тот важно и показательно задирает нос. Мы вышли на улицу, где уже начало смеркаться. Никакого металлолома, оказалось и не было.
— Молодец, думал придётся вмешаться! – Мы зашли в гараж, где батя включил свет и уселся на рабочий стул, рукой указывая мне на табуретку. – Что скажешь ковбой? Доволен, что сделал с матерью! –
От его улыбки захотелось дать ему в морду, но силы были не равны. Он был крупнее. Собрав всё недовольство и страх, скопившийся за целый день, я спросил.
— Что будет дальше? – И самое важное. – И что будем делать, если мама залет? – И почему-то образуются ком в горле и сухость во рту.
— Да забей. – Беспечно машет отец рукой. – Если хочешь продолжить мамку ипать, то что-нибудь придумаем. А если понесёт, то нечего страшного, родим, воспитаем. Настюхи не обязательно знать от кого ребёнок. –
— Родим?! Ебать?! Ты блядь вообще нормальный?! У тебя в башке чего-то не хватает!? И на хрена ты придумал эту тупую историю про себя бабушку и дедушку?! Это мерзко! – Вспыхнул я как спичка, вскочив от эмоций с табуретку и забыв о больных ногах.
— Сядь! И успокойся! – Хмуро, но без повышения тона говорит отец. – И не смей говорить мне, что я пиздабол. –
— Хочешь сказать, что не соврал? Так что ли? – Но я не спешил садиться на место.
— Да правда. У бати, твоего деда, тогда проблемы по мужской части начались. – Стоял отец на своём, причем говорил так уверенно, как будто правду. – Не хотел он тогда, чтобы мать на лево ходить начала. А она бы стала, на передок слаба была матушка. Не хотел батя чтобы судачить про семью нашу стали. Вот и сделал он своего единственного сына, меня то бишь, любовником жены своей. Я тогда гораздо младше тебя был. –
— Погоди не сходится. – Прервал я его, так меня смущали некоторые моменты. – Как единственный, а дядя Ваня, что? –
— Не родился Ванёк ещё тогда, как Светка. От моего семени они. – НИХЕРА СЕБЕ ОТКРОВЕНИЕ! Либо батя вообще херню лютую мне скармливает, либо это вообще дичь лютая.
— Не сходится! – Качаю я головой и машу руками в сторону. – У вас с дядей Ваней всего одиннадцать лет разница. И тётя Света на год младше дяди. –
— Ну так, я тебе и говорю, что был гораздо младше тебя. О резинках тогда никто не слышал, так что как итог... - Отец развёл руки в сторону и пожал плечами. - Папа мой, царство ему небесное, нечего плохого нам с матушкой не сказал. Наоборот, похвалил, мол семья больше стала, а тогда считалось, если детей, значит больные. Либо муж, либо жена, либо оба, слухи начинали бродить по деревне и некоторые старались избегать таких семей. За руку не здороваются, за одним столом не едят. В общем хватало, долбоёбов. Вот и росли Ваня со Светкой деда считая папкой, это гораздо позже они начали что-то подозревать. Мы с мамкой не сильно шифровались. А когда я в армию ушёл, там уже подрос Ванёк подрос и стал поёбывать матушку. Ей ведь всего тридцать пять тогда было, а трахаться хотелось регулярно. Вот такие вот дела. –
— Мда... - От такой тайны не знал прямо что делать. – Но всё равно, как-то неправильно это... -
Джон Апдайк. Бразилия (фрагменты)