говорил, и говорил эти грязные слова, пока проникал женщину, которая внезапно, стала сжимать меня сильнее, стоило мне облить её помоями из слов. Тётя Оля бурно, кончала утянув меня в сладкие объятия удовольствия. Залив её лоно последними остатками густого семени, я обессиленно уснул на женщине, меж широко расставленных ног.
Когда я проснулся, на дворе уже было утро. Тело моё вольготно лежало на диване укрытое тёплым пледом. Тёти Оли, разумеется, нигде видно не было, но я застал последнего человека, которого хотелось бы.
— Здарова племяш! Разбудил? Нечего страшного, рано встанешь, дальше пройдёшь! – Дядя Сёма был заряжен уже с самого утра, поспешил поделиться с окружающими энергией. – Как повеселились вчера ночью? –
Моя развратная, но очень любимая!