был низким, вибрирующим, с густым, певучим акцентом.
Я, потеряв дар речи, лишь молча показала пальцем на соседнюю дверь, чувствуя, как горит лицо.
— Хасан, - протянул он свою огромную ладонь. Моя рука исчезла в его рукопожатии, показавшись мне хрупкой игрушкой.
— Мария. Очень приятно.
— Ма-ры-я, - растянул он мое имя, и в его устах оно звучало как-то по-новому, по-дикому. - Хм.
Я что-то пробормотала и почти побежала по коридору, забыв, куда и зачем шла. В ушах стучало: «Хасан. Хасан».
На следующий день я снова столкнулась с ним, буквально. Выбегая из офиса с папкой накладных, я не вписалась в поворот и он, будто поджидал, поймал меня. Его огромные руки схватили меня за плечи, прижали к себе на секунду. Я почувствовала запах пота, кожи и чего-то древесного, мужского.
— Дэвочка, дэвочка, куда так бэжишь? - в его глазах плескалась улыбка.
— Ой, извините! Здравствуйте.
— Марыя, здравствуй, - он не отпускал мои плечи. - Я у вас главный по складу теперь.
— Ого... Поздравляю. - Я попыталась выскользнуть, но его хватка была мягкой, но неумолимой.
— Какой красивый ты, Марыя. Муж есть, да?
— Да. И очень ревнивый, - выпалила я первое, что пришло в голову.
— Повэзло ему, - усмехнулся Хасан, и наконец разжал пальцы. - С такой красывий жена.
Я ушла, чувствуя его взгляд на своей спине, на бедрах. Он был бесстыдным, прожигающим, осязаемым. И самое странное - мне это нравилось. Его уверенность, его прямолинейность обезоруживали. Ряд с ним моя привычная роль лидера, организатора, «Маши-командира» таяла без следа. Я становилась застенчивой девочкой, опускающей глаза. С его приходом на складе началась новая эра. Хаос сменился образцовым порядком. Водители приезжали и уезжали по графику, претензии от заказчиков сошли на нет. Хасан оказался не просто грубой силой. Он обладал звериным чутьем на порчу, отсеивая подгнившие фрукты еще до погрузки, что спасло нас от тысяч убытков. Я могла, наконец, заняться развитием и обзванивать новых клиентов. Однажды, под предлогом проверки, я вышла на склад. И обомлела. Хасан, сняв футболку, перемещал ящики с апельсинами. Его тело было мощным, покрытым темными кудрявыми волосами, которые густым ковром лежали на груди и сужались в стрелку, уходя под ремень брюк. Мускулы играли под кожей с каждым движением. Воздух был напоен сладковатым запахом перезрелых фруктов и едким, животным ароматом мужского пота. И этот запах... он ударил мне в голову, как наркотик. Внизу живота родилось теплое, тяжелое чувство возбуждения, которого я не знала, кажется, со времен юности. Я стояла, завороженная этой демонстрацией силы, и он меня заметил.
— О, Марыя! Иды суда! - его голос прозвучал как приказ.
Я, словно загипнотизированная, сделала несколько шагов.
— Нравица сматреть на Хасан? - спросил он без тени смущения.
Я молчала, не в силах вымолвить слово.
— Хочешь, я пакажу тэбе кое-что?
Он огляделся и жестом велел следовать за ним в дальний угол склада, где из старых, пустых коробок он соорудил нечто вроде своей штаб-квартиры - раздевалку и место для отдыха.
— Сматры, - сказал он, и я поняла, что он имеет в виду не коробки.
Он расстегнул ширинку. Мой мозг отказывался верить. Передо мной, тяжелый и плотный, висел его член. Он был огромен, даже в полувозбужденном состоянии. Кожа натянута, пронизана толстыми синими венами. Хасан взял мою руку, маленькую, с аккуратным маникюром - и положил ее на него. Мои пальцы сами сжались вокруг этого крепкого орудия. Он был горячим, пульсирующим, живым. Он накрыл мою руку своей ладонью и начал водить ею вверх-вниз. Шок пронзил меня, как удар током. Я рванула руку назад, резко развернулась и побежала, не
Как я провела Новый Год