Голос Яны был твёрдым она хотела знать все. Катя услышал приказ, начала свой рассказ, пересказывая унизительную сцену с братом. Яна внимательно слушала, и по мере повествования в её глазах загоралась холодная искра осознания. Она впервые, кажется, ошиблась в оценке характера. Витя, с его общительностью и внешней доброжелательностью, оказался не тем простым мальчиком, за которого она его принимала. Под этой оболочкой скрывался кто-то более расчётливый и жёсткий.
Несколько минут Катя изливала душу, закончив на том, что брат ждёт её ответа по возвращении в номер.
— Хм, — Яна сделала паузу, обдумывая. — Не переживай. Когда вернёшься, просто откажи ему.
— А если он выложит видео? — голос Кати дрогнул от страха.
Яна посмотрела на неё с лёгким раздражением.
— Делай, как я говорю. Я уверена, он скажет: «Подумай ещё, до завтра, даю последний шанс».
— А если... — Катя снова попыталась возразить, но не успела.
Резкая, звонкая пощёчина прервала её. Яна смотрела на неё холодно.
— Ты или делаешь, как я говорю, или уходи! Я не желаю тебя сегодня видеть.
Удар вернул Кату в реальность, вышибив из неё панику. Она затихла, смотря на Хозяйку широко раскрытыми глазами. Выслушав все инструкции до конца, она без возражений согласилась. Яна не стала использовать её сегодня по прямому назначению — эмоциональное состояние девушки было слишком шатким. Она отпустила Катю, велев ей возвращаться в номер и действовать согласно указаниям.
Оставшись одна, Яна прилегла на кровать, уставившись в потолок. В голове строились и рушились планы. Нужно было действовать быстро. Этот мальчишка, Витя, нарушил ход её игры, и теперь ему предстояло узнать, что значит бросать вызов не той сопернице.Её размышления нарушил Андрей, вернувшийся с прогулки. Он скинул футболку, промокшую от вечерней жары, и бросил её на стул.
— О чём задумалась? — спросил он, опускаясь рядом на кровать.
В быту, наедине, они были почти как обычная пара — без титулов и ритуалов. Их отношения строились на взаимной выгоде и страсти, но не на собственности. Яна инициировала эти свободные правила, не желая для себя оков семьи.
— Да вот, Катя заходила... — начала Яна, глядя в потолок.
— Ну, я в курсе. Меня даже выгнала из-за неё, — он усмехнулся.
Но Яна оставалась серьёзной.
— Знаешь, у неё проблемы. Опять.
— И какие же? — спросил он, хотя его интерес был пока поверхностным. Для него Катя оставалась привлекательной игрушкой, шлюшкой, которая нравилась им обоим, хотя порой он и ловил себя на ревности к Яне. Но их договорённость была железной: ревность — конец отношениям.
Яна рассказала ему всё, что услышала от Кати. Андрей слушал, и по мере повествования его лицо становилось всё мрачнее. Он был ярым противником инцеста, и сама мысль о таком насилии над сестрой вызывала у него глухое отвращение.
— Есть какие-то идеи? — спросила Яна, закончив рассказ.
— Нужно подумать, — уклончиво ответил он. — Но любую твою идею поддержу.
Однако в его голове уже созревал собственный, примитивный и жестокий план: «Взять этого подонка, хорошенько тряхануть и силой заставить удалить всё». Он не сказал этого вслух, зная, что Яна предпочитает более изощрённые методы. Но для него это был самый прямой и честный способ решить проблему.
В это же время Катя вернулась в свой номер. Там её встретила необычная тишина и темнота. «Его нет... Слава богу», — пронеслось в голове, и она расслабилась, сделав несколько шагов вглубь.
— Кать, ну что, ты решила?
Голос прозвучал из темноты второй комнаты, заставив её вздрогнуть. Витя сидел в кресле, и в его тоне сквозила уверенность, будто он уже знал ответ
Сутки