Быстро подобрав с кресла лёгкое платье, прижимая одежду к груди, она бесшумно выскользнула из номера и направилась по уже знакомому коридору, чувствуя, как учащённо бьётся сердце.
По пути к номеру Яны и Андрея Катя прижимала платье к груди, пытаясь хоть как-то прикрыть наготу. Уже на выходе из своего коридора она столкнулась с семьёй — мамой, папой и дочкой-подростком. Женщина бросила на неё осуждающий взгляд, а мужчина, напротив, с нескрываемым интересом проводил её глазами.
Возле лифта её остановил молодой парень.
— Привет, познакомимся? — улыбнулся он.
— Я спешу... — бросила Катя, проскальзывая в кабину.
В лифте она наконец осознала своё состояние: соски напряглись и твердо выпирали, а между ног стало тепло и влажно. Она пыталась успокоить дыхание, но дверь снова открылась, и на пути оказалась девушка её лет. Та, разминувшись, бросила ей вслед на чистом английском:
— Slut!
Катя поняла, что держать платье у груди уже бессмысленно. Она опустила руку, и в зеркале в коридоре увидела своё отражение — возбуждённое, с твёрдыми алыми сосками и разгорячённой кожей.
Прямая дорога к номеру казалась бесконечной. Из-за угла неожиданно вышла компания парней — двое друзей. Их взгляды мгновенно прилипли к ней, и Катя инстинктивно ускорила шаг, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Возбуждение смешалось с паникой: «Ещё изнасилуют... Этого только не хватало».
Они были уже почти рядом, когда она наконец дотянулась до двери номера Яны и застучала. Она слышала, как впереди звучала иностранная речь — возможно, испанская или португальская, — и ей казалось, что вот-вот её схватят.
Но дверь открылась, и Катя влетела внутрь, почти впрыгнув в прихожую. Она прислонилась к стене, пытаясь перевести дыхание. Адреналин всё ещё пылал в крови, но её накрыла волна облегчения — худшего удалось избежать
— Молодец... справилась с заданием.
Слова прозвучали от Андрея. Он стоял в дверях, полностью обнажённый, и его поза, его взгляд — всё в нём снова дышало той самой покорной преданностью, которую Яна умела в нём пробуждать.
— Хозяйка ждет тебя на кровати, — сказал он и отошёл в сторону, пропуская её.
Катя перевела дыхание и вошла в спальню. Яна лежала на белоснежной простыне, абсолютно голая, её тело было идеальным освещённым утренним солнцем. Услышав шаги, она приподняла голову, и её взгляд был твёрдым и властным.
— Я хочу, чтобы ты мне вылизала, а Андрей тебя трахнет! А потом отправимся на пляж... — её слова прозвучали как приговор, ровно, уверенно, не оставляя места возражениям.
Катя не спорила. Она молча подошла к кровати и опустилась между ног Яны. Вкус её кожи, солёный и сладковатый одновременно, уже был знаком. Она провела языком по внутренней поверхности бедра, чувствуя, как мышцы Хозяйки непроизвольно вздрагивают. Затем она углубилась, найдя влажный, упругий бугорок клитора. Она работала языком методично и преданно — то кругами, то короткими, быстрыми движениями, прислушиваясь к дыханию Яны.
В это время Андрей подошёл к изголовью. Катя краем глаза увидела, как Яна повернула голову и без колебаний взяла его большой член в рот. Это было зрелище, от которого перехватывало дух — абсолютная власть и абсолютная отдача. Яна сосала его с какой-то хищной, жадной интенсивностью, её щёки втягивались, а низкие, одобрительные стоны Андрея сливались с влажными звуками.
Вид этого, осознание того, что происходит, заставляло Катю работать ещё усерднее. Она чувствовала, как тело Яны под её губами становится всё более податливым, как её бёдра начинают мелко дрожать, а пальцы впиваются в простыню. Вкус её соков становился интенсивнее, гуще. Яна застонала, уже не в силах сдерживаться, её тело выгнулось, и она на мгновение отпустила член
Женские радости