только теперь её губы прижались к его шее, а рука уже обхватила его, сжимая, поглаживая, заставляя кровь пульсировать в висках.
Он потянулся к ней, но в следующий миг её уже не было рядом. Только тёплое дыхание где-то ниже, и вдруг — влажный, обжигающий жар, охвативший его.
Артём вскрикнул, впиваясь пальцами в кафель. Её язык работал мастерски: то медленно скользил по всей длине, то резко втягивал в себя, заставляя его задыхаться. Губы сжимались у основания, а кончик языка играл с головкой, доводя до дрожи. Он знал, что если это продолжится, всё закончится слишком быстро, но прервать её сейчас — значило лишить себя чего-то невероятного.
— Мам, я… — с трудом выговорил он, но она лишь приглушённо засмеялась, и волны удовольствия снова накрыли его.
Терпение лопнуло. Он подхватил её за бёдра, поднял, не обращая внимания на капли воды, стекающие с них обоих, и понёс в комнату.
Постель приняла их мягко. Артём прижал её спиной к себе, его тело жаждало её, но пальцы скользили мимо, будто нарочно дразня. Наконец он нащупал вход, толкнул бёдрами.
И тут она резко отстранилась.
— Что? — растерянно моргнул он.
Лариса соскользнула с кровати, порылась в сумке и вернулась с маленькой квадратной упаковкой.
— А… — он понял.
Презерватив был надет за секунду. Теперь ничто не мешало.
Она не стала мучить его снова — её рука сама направила его в себя.
— А-а… — Лариса выдохнула, когда он вошёл, и её тело приняло его полностью.
Артём замер на мгновение, ощущая каждую складку, каждый сантиметр её тепла. Потом начал двигаться — сначала медленно, осторожно, но с каждым толчком ритм ускорялся.
Его губы нашли её рот. Сначала она сопротивлялась, отворачивалась, но потом — словно сдалась. Её язык встретился с его, и поцелуй стал глубже, жарче, откровеннее.
— Ты… такой… — прошептала она между поцелуями, обхватывая его сильнее.
Он чувствовал, как её ноги сжимают его бёдра, как её тело под ним изгибается в такт каждому движению.
И когда волна накрыла их обоих, он услышал её крик — громкий, безудержный, — и сам потерял контроль.
Потом — только тишина, прерывистое дыхание и её рука, нежно гладящая его по спине.
ЭПИЛОГ:
Спустя четыре дня.
Пляжную тишину нарушали лишь шелест волн и редкие голоса отдыхающих. Солнце висело высоко, раскаляя песок, а у ряда кабинок выстроилась небольшая очередь, нетерпеливо переминавшихся с ноги на ногу.
— Сколько можно ждать? — пробормотал мужчина в соломенной шляпе, уставившись на красную лампочку с надписью «Занято».
За тонкой стенкой кабинки царил совсем иной мир.
Блондинка стояла, опершись ладонями о прохладный пластик, спиной к парню. Её тело изгибалось дугой, бёдра подрагивали от каждого его толчка. Трусики, сброшенные в спешке, болтались на одной лодыжке, а пальцы сжимались в кулаки, оставляя на стенке влажные отпечатки.
— Ты… уже скоро? — её голос сорвался на стон, когда парень вогнал в неё член до самого основания, заставив вскрикнуть.
Он не ответил, лишь сильнее сжал её талию и ускорил ритм. Каждый толчок вжимал её в стену, заставляя грудь тереться о пластик, а живот сжиматься от нарастающего напряжения.
— Да… да… — блондинка закинула голову, и её волосы рассыпались по спине, липкие от пота.
Её тело уже содрогалось в предвкушении, но парень вдруг замедлился и прошептал на ухо:
— Я не хочу кончать тебе в рот… Хочу наполнить тебя.
Женщина лишь сладко застонала в ответ, подчиняясь его желанию.
Он сжал её бёдра, вгоняя в неё себя последним резким движением. Горячая волна накрыла его, и он, сдавленно застонав, выпустил в неё всё, что копилось внутри.
Белесые струйки вытекали наружу, стекая по внутренней стороне бедра, оставляя липкие дорожки на загорелой коже.
Два раза