вышел. Его член стоял перпендикулярно животу, напряжённый, как тетива лука.
— Воу, прям Аполлон, — рассмеялась она.
Они сели на полотенце, греясь под солнцем. Лариса болтала о чём-то — о завтраке, о планах на день, — но Артём слышал только биение собственного сердца.
— А он у тебя не успокоится просто так, да? — она кивнула в его сторону.
Он отрицательно помотал головой.
— Может, тебе помочь? — её голос звучал игриво, но как-то нежно, с пониманием.
"Чтоооо???" - пронеслось вихрем в голове у Артема
Не дожидаясь ответа, она подвинулась ближе. Её пальцы обхватили его член, тёплые и уверенные.
— Мам… — он хотел запротестовать, но слова застряли в горле.
— Тише, — ответила она — Просто расслабься.
Её движения были медленными, почти небрежными, но каждое касание прожигало кожу. Он зажмурился, чувствуя, как волна нарастает где-то глубоко внутри.
— Вот так… — прошептала она, ускоряя ритм.
Её ладонь скользила по его напряжённой плоти, пальцы сжимали чуть сильнее, когда она чувствовала, как он замирает, приближаясь к пику. Артём стиснул зубы, пытаясь сдержать стон, но дыхание его участилось, а живот сжало от нарастающего напряжения.
— Не сдерживайся, — прошептала прям ему в ухо Лариса.
Он кончил с тихим стоном, мощными толчками заливая спермой её ладонь. Мама же задумчиво осматривала свою руку всю в белых кляксах.
— Ну вот, всю заляпал, — проворчала она, но скорее в шутку, споласкивая руку в море. — Ну что, пойдём?
И они пошли обратно, оставляя за собой лишь мокрые следы на песке.
Глава 2.
Артём медленно потягивал ароматный кофе, наслаждаясь его горьковатым вкусом и тонким ароматом кардамона, который добавляли здесь в напиток. Его взгляд скользил по Ларисе, наблюдая, как она аккуратно намазывает вишнёвый джем на золотистый круассан. Её пальцы двигались плавно, с привычной грацией — даже в таких мелочах она была прекрасна.
Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву деревьев у летней веранды, оставляли на её руках подвижные блики, и он невольно задержал взгляд на её запястье — тонком, изящном, с едва заметными голубыми прожилками под кожей.
— Ну как тебе утренние водные процедуры? — спросила она, ловя его взгляд и слегка приподнимая бровь.
— Ммм, необычно, — пробормотал он, отводя глаза и притворно уставившись в чашку. — Но вода холодная.
Лариса хихикнула, прикрыв рот ладонью, и этот звук — лёгкий, почти девичий — заставил его улыбнуться.
— Я что-то не заметила, чтобы тебе сильно мешала холодная вода. Ходил там со своим дружком наперевес!
— Ну так уж и наперевес, — буркнул Артём, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Это нормальная реакция мужского организма…
— Ага, на маму и по десять раз на дню, — не унималась она, подмигивая с нарочито невинным выражением.
Он фыркнул, но улыбка сама собой тронула его губы. В такие мгновения она была не просто матерью — она была живой, озорной, почти девичьей, и это странным образом сближало их ещё больше.
Лариса вдруг взяла его руку, погладила пальцы — её прикосновение было тёплым, успокаивающим.
— Расслабься. Мы же отдыхаем, правда?
Он кивнул, и напряжение, которое он даже не осознавал, понемногу ушло.
После завтрака они решили прогуляться. Парк, прилегавший к отелю, был тенистым, уютным, с извилистыми дорожками, петляющими между яркими клумбами и высокими кипарисами, чьи стройные силуэты тянулись к небу. Воздух был наполнен ароматом нагретой солнцем хвои и цветущего жасмина — сладковатым, почти медовым. Где-то вдалеке звенели птицы, а под ногами мягко шуршали опавшие лепестки магнолий.
— Смотри! — Лариса вдруг схватила его за локоть и указала на белку, проворно скачущую по веткам старого дуба. — У тебя есть что-нибудь?
лесное приключение