белья? — заявил он, уверенно направляясь к полкам с кружевными бюстгальтерами и стрингами.
— Дядь, может, сначала платья? — попыталась возразить Диана, но он уже протягивал ей комплект необычного оранжевого шелка с прозрачными вставками.
— Примерь.
Она взяла его, ощущая легкую дрожь в пальцах.
— Я… не уверена…
— Диана, — он наклонился ближе, голос стал тише, но тверже. — Это для работы. Виктор попросил меня помочь…
Она кивнула, не находя, что возразить.
За шторкой Диана медленно сняла платье, затем – свой обычный хлопковый комплект. Прохладное кружево нового, цвета спелого мандарина, коснулось кожи. Она повертелась перед зеркалом, разглядывая отражение:
"Не слишком откровенно?"
— Ну что там, может покажешь? — раздался голос Геннадия по ту сторону занавески.
Она глубоко вздохнула и отодвинула шторку.
Дядя замер. Его глаза расширились, губы приоткрылись.
Потом вдруг шагнул вперед, протянул руку и провел костяшкой пальца по кружевной лямке.
— Ты в этом… просто сногсшибательна.
Диана почувствовала, как мурашки бегут по её коже.
После белья они перешли к простой одежде. Геннадий настаивал на каждой примерке.
— Возьми эти джинсы. И эту футболку с открытыми плечами.
Диана вздохнула, но покорно принимала вещи.
Джинсы оказались с какой-то крайне низкой посадкой, она не привыкла к вещам такого стиля. Крутилась перед зеркалом, ощущая себя странно – то ли неловко, то ли… привлекательно.
— Может, что-нибудь более приталенное? — неуверенно предложила она.
— Нет, идеально, — твердо сказал Геннадий, не сводя глаз с ее ног.
Футболка была полупрозрачной, слегка просвечивала. Она потянула ее вниз, пытаясь прикрыть живот, но дядя лишь ухмыльнулся.
— Не люблю такой фасон… А вот джинсы прям отличные.
Наконец, дядя протянул ей бикини.
— Зачем мне купальник? — растерялась Диана.
— А вдруг съемки на пляже? — невозмутимо ответил он.
Она поджала губки, но взяла предложенный комплект – нежно-белого цвета, с экстремально глубоким вырезом.
Когда она вышла из примерочной, Геннадий задержал дыхание.
— Черт возьми…
Она стояла, скрестив руки на груди, румянец играл на щеках.
— Слишком вызывающе?
— Нет, — он сделал шаг вперед, нервно сглотнул, и его голос звучал хрипло. — Всё идеально, берем.
Когда она вернулась в примерочную, чтобы переодеться, случилось неожиданное.
Краем глаза она заметила, как шторка резко дернулась.
Геннадий стоял в проеме, в глазах плясали чертики, на губах играла плутоватая улыбка.
— Ой, прости, случайно, — пробормотал он, но не отводил взгляда.
— Закрой! — она потянула шторку на себя, но он не двигался с места.
Пауза натянулась, как струна.
Потом он все же попятился, но ухмылка так и не сползла с его лица.
Диана захлопнула занавеску, но внутри уже не было прежнего возмущения.
Лишь странное волнение.
Когда они вышли из магазина, Диана несла несколько пакетов с обновками. Геннадий шел рядом, поглядывая на нее искоса.
— Ты сегодня была неотразима, странная ты девочка, вы же все любите шоппинг, — наконец сказал он.
Она слегка улыбнулась.
— Наверное, я не все.
Он остановился, повернулся к ней и наклонился немного ближе.
— знаешь, а ты меняешься, племяш. Становишься смелее. Взрослее.
Она не ответила, но задумалась над его словами.
Глава 3.
Офис гудел ровным, механическим шумом — клавиатуры стучали, принтеры шипели, голоса сливались в однородный гул, словно жужжание улья. В этом ритме было что-то убаюкивающее, почти гипнотическое. Но Игорь не ощущал ни усталости, ни скуки — только пустоту. Он сидел за столом, уставившись в монитор, но его взгляд был мутным, словно затянутым плёнкой. Перед глазами мелькали цифры, графики, бесконечные письма, но мозг упорно отказывался их воспринимать.
Оля - Шлюха