Ну и самый важный момент: Эван был приятным парнем. Каталина знала много факеров, и почти все они имели беды с башкой. Один страдал ОКР и часто не мог нормально концентрироваться, другой строил из себя бэд-боя и жестко входил в Каталину, которой потом приходилось лечиться, и это ещё были цветочки. Молодежь вообще не понимала, что делать, и часто сама Каталина успокаивала какого-нибудь 19-летнего парня, которому повезло родиться с большим членом, но не повезло не быть при этом размазнёй.
Эван тоже был моложе, ему было за двадцать, но при этом коллеги по бизнесу все как один любили его, потому что во время работы он выполнял все четко и зачастую даже помогал партнёрам (смотря какая сцена), а ещё — был просто приятным малым.
Шёл стандартный сюжет: старенький муж вместо того, чтобы удовлетворить свою горячую женщину, решил поехать по делам. От скуки Сабрина, в силу своей мексиканской натуры, решила набрать номер и вызвать молодого любовника.
— --
— Пауза! Свет, Эндрю, Гарри, поправьте яркость, а то будто пилу снимаем, а не шикарное порево, — сказал Дебуа, встав с кресла и слыша, как смеется вся съёмочная группа. — Приглушите, чтобы отсвета на лицах не было во время близкого плана. Николас, — указательным пальцем показывая на постаревшего мужчину в черной мятой футболке, — проверь звук, чтобы хлюпанья её ртом были гулкие, а не плоские. Мне Дэнни уже все уши прожужжал, что на монтаже потом говно мучное получается.
— Че, блять, сидим, Кристен? Намазывай давай нашу Венеру. Так, мне нужно, чтобы в сцене была страсть. Ясно, Каталина? Ты — жаркая сучка, которая мечтала о молодом хуйце?
— Ясно, босс, — говорила с типичным мексиканским акцентом Каталина, не стесняясь и сидя голой рядом с Эваном, который изредка подёргивал свой член, чтобы тот не упал.
— Кать, — спрашивал Эндрю, — не могла бы ты в следующей сцене головой люстру скрыть? Мне просто эта блядская тень мешает.
— Окей, — сказала женщина, намазываясь смазкой в самых важных местах, пока её обмазывала тонкая, как веточка, Кристен.
— Как ты все-таки красотка, — произнесла девушка в белой майке и смешных розовых джинсах. В руках у нее была кисть для макияжа и целый портфель со спреями и кремами.
— Благодаря тебе, — подмигнув, сказала Каталина. — Слушай, Эван, — спрашивала женщина, не поворачиваясь к нему из-за творческого процесса гримёрши.
— Что?
— Можешь мне в сцене минета не сильно глубоко засаживать в рот? А то меня сухость во рту мучает.
— Окей, — произнес Эван, тут же услышав, как Дебуа матом накричал на свой же телефон. — Ебаный Хилтон, сука! Ну и где мне снимать Кендру с Джонни? Дома у себя?
Эван немного стеснялся, когда началась съёмка минета. Ему, 21-летнему парню, надрачивает и отсасывает красивая и зрелая женщина-мексиканка, а параллельно весь этот процесс скрупулёзно снимают два ирландца, американец, немец, поляк, а командует этим мощный и вредный француз.
Но именно в этой, казалось бы, непристойной сцене, когда скользкий красный язык этой пылающей от страсти, темноволосой женщины делал такие горячие вещи, а её лицо в этот момент сводило Эвана с ума от сексуальной эстетичности, парень ощущал некоторую странную для себя новость, инсайт.
Ему хочется еще. Не в том плане, чтобы она сделала после съёмок ему еще минет. При всей своей доброте, Каталина не станет этого делать из профессиональных побуждений, но просто поговорить, пригласить на свидание.
Тут сердце Эвана закололо от страха, когда Каталина стала буквально вибрировать ртом по головке, касаясь своими зубками прямо по кожице,
Раскрепощенная супруга