прижала к себе, словно уже любила и собиралась трахнуть. Поэтому мой разум ухватился за эти мгновения блаженства и превратил их в греховный сон.
Я мог бы пережить в конце концов эти странные фантазии, но, как ни странно, они в со временем исчезли, превратившись в чувство вины. Я внушил себе, что, наверное, переоценил доброту тёщи. Она была просто очаровательной, нежной женщиной, немного чувствительной, но отнюдь не распутницей. Поэтому я отбросил прочь свои иллюзии и убрал её милое лицо и чувственное тело из своих опьяняющих фантазий.
Но с юношеских времён у меня была нелепая способность воображать, что некоторые женщины меня желают, то бишь хотят поиметь. Одна моя подруга даже называла меня нимфоманом, другая – слишком наивным, но мне хотелось верить, что мой разум просто неожиданно разыгрался в своих фантазиях, даря мне острые ощущения, которых не могла мне дать реальность. Но это совершенно не мешало мне представлять себя в центре желаний очередной прекрасной женщины, случившейся на моём пути, пока реальность вскоре не настигала меня и окунала в….
Но на этот раз реальность казалась совсем другой, даже хуже, чем можно себе представить на первый взгляд, потому что через несколько дней Катерина прислала мне сообщение:
«Привет, Андрей, это Катерина. Я хотела отправить тебе это короткое сообщение, чтобы сказать, как я рада была с тобой познакомиться. Понимаю, что моей дочери очень повезло, что она нашла тебя. Ты кажешься очень милым и умным молодым человеком, помимо того, что ты невероятно красив. Надеюсь увидеть тебя снова».
Эта смс, казалось, подпитывала мои фантазии в течении следующих нескольких недель. Я ложился спать, думая лишь только о руках Катерины на моей спине, о её дыхании на моей шее, о её груди, прижатой к моей груди, а проснулся, думая о её ягодицах, в тот момент, когда она поднималась по лестнице, о её ногах под юбкой, о её губах и языке.
Глава III
Чем больше времени проходило со времени моего знакомства с тёщей, тем труднее мне становилось абстрагироваться от своих фантазий. Я буквально потерял границу между реальностью и мечтами. Мы виделись с Катериной уже раз десять, обедали и ужинали вместе. Каждый раз она казалась мне всё более очаровательной. Она целовала меня в щёку нежнее, чем раньше, приветствуя, брала меня за руку, чтобы показать мне самые незначительные вещи, клала пальцы мне на грудь, рассказывая какой-нибудь исторический анекдот. Казалось, каждая такая возможность для начала более тесного контакта была идеальной. Хотя поначалу казалось очевидным, что я приукрашиваю происходящее, чтобы сделать это более волнующим и эротичным, но теперь я был всё-таки убеждён, что Катерина, как минимум, очень чувственная женщина. Возможно, она даже не осознавала своего провоцирующего поведения, или же, она вела себя так со всеми другими мужчинами, не испытывая к ним никакого желания, но теперь, со временем, я всё больше убеждался в том, что она элементарно изголодалась по мужской ласке.
И именно потому, что Катерина жила одна в своём большом юрмальском доме, она постоянно зазывала нас к себе в гости. Так что мы с удовольствием отправились к ней на ужин и ночлег в одну зимнюю пятницу. В меню, которое Катерина нам заранее прислала значился некий тартифлет на латышский манер – не то чтобы чувственное блюдо, но такое сытное, так что последующий вечер на диване за просмотром по телевизору недавно вышедшего фильма, который мы все с нетерпением ждали, был как раз кстати.
Я вновь припарковал машину под большим дубом, и едва я вышел из неё во двор, как Катерина, закутанная в длинное пальто, выскользнула из парадного подъезда
Прапорщик