знать, кто это? Нет, никого не ждала! – ответила Катерина, тоже вставая.
Она поспешила одеться, натянула блузку, наспех застёгнула её , путая пуговички, затем вскочила в трусики и направилась к двери на веранду. Оттуда она увидела мужчину у двери.
— Мне снова одеться? — спросил я с глуповатым видом.
— Конечно! Поторопись!
Катерина медленно проследовала по коридору, прошла через ванную, неуклюже натянула на бёдра юбку, несколько раз спотыкаясь, затем провела руками по волосам, чтобы привести себя в порядок. Наконец, она пошла открывать дверь, пока я одевался на веранде.
— Кунгс Ге! Неожиданно!
— Лабдиен (Добрый день лат.), кундзе Вагнер. Извините за беспокойство, но я хотел бы узнать, не могли бы вы одолжить мне ту вашу замечательную дрель, о которой вы говорили на днях?
Вся эта история про дрель? Сосед, пришедший одолжить эту чёртову дрель именно сейчас? Вот что помешало осуществлению моей самой заветной мечты. Но Катерина, несомненно, побежит сейчас в гараж, найдёт этот чертов инструмент, передаст его кунгсу Ге и вежливо отпустит его, чтобы через несколько минут сидеть на моём члене и кричать мое имя во время очередного оргазма. Неужели должен поверить в эту чепуху. Опять я погружаюсь в свои эротические мечты!
Пока я без малейшего смущения застёгивал ремень на своих штанах, ожидая возвращения тёщи с тем же сексуальным аппетитом, что и до этого неожиданного и бесцеремонного вмешательства соседа в наш с ней коитус, она действительно прошла мимо двери и спустилась в гараж. Катерина вернулась с дрелью и предложила её соседу, но перед уходом он вдруг с многозначительным видом добавил:
— Надеюсь, я вас не потревожил, особенно с учётом того, что…
— Вовсе нет, я была занята на кухне, — нимало не смущаясь пролепетала Катерина
— Ах да! Вы, должно быть, ждёте свою дочь!
— Э-э… нет… ну, почему вы вдруг так решили?
— Я встретил её на станции в Лиелупе, в кафе. Кажется, она едет к вам в гости, поэтому я подумал, что вы готовите для неё вкусный ужин.
Анна? Это был красный сигнал тревоги для нас. Анна приедет, а кресло, в которое она сядет, дышет и пахнет сексом, моё лицо, которое она поцелует, тоже тем же самым, а ведь я сказал ей, что буду в спортзале. Кажется, мы с Катериной были обречены.