быть, сожаления. Стоило ли мне такое делать, ведь дома всегда была безотказная, или, как она заявила сегодня, «жадная» Анька, которая могла бы это сделать для меня любым желаемым способом, не стесняясь даже собственной дочки.
Но сделанного не вернёшь, я буравил свою бывшую подружку, чью-то жену и мать, держал за крупные белые булки. Она забралась обеими коленками на подлокотник и теперь только мои руки удерживали её в равновесии. Она резко отскакивала и грузно насаживалась обратно, сладко крякая и вздыхая.
Уже кончив с утра, я никуда не торопился, действовал расторопно, с прицелом на будущее. Когда она устала в такой позе, мы переместились на диван, и она оседлала меня сверху. Тяжело двигалась, держась за плечи, я тем временем играл её большой грудью, освободив её из чашек лифчика.
Я мог продолжать еще долго, а она уже стала поглядывать на часы. Я понял, что стоит заканчивать, снова развернул к себе задом, надавил на спину, заставив прогнуться, и попросил развести булки руками.
— В попу не, — вскинулась она.
— Не боись, я ради картинки! — она повиновалась. Уткнувшись лбом в диван, развела свои ягодицы тонкими ухоженными пальчиками. Попка её открылась, розовое морщинистое очко расправилось, выпрямилось, и я сконцентрировался на созерцании этого чуда природы, не забывая накачивать Надьку собственным членом. Попочка недолго оставалась без движения: растянутая, она стала постепенно раскрываться, обнажая нежные розовые волнистые края. Это завораживало. Я представил, как наполняю эту глубокую тесную дырку своим членом, и наконец разродился полноценным семяизвержением. В этот момент ничего не имело значения. Я охватил Надьку руками, прижался к ней и, дёргая задом, как озабоченный кобель, всё спускал и спускал, пока полностью не иссяк. Только после этого я вытащил свой агрегат, увлёкший за собой целый поток наших соков на пол.
— Как же я скучала по этой долгой, — Надя поискала альтернативное название произошедшему, но не нашла, — ебле! — Никто больше не драл меня так, с оттяжкой, полчаса или час, без остановки, как заведённый поршень! — поделилась она, когда мы поднялись. — Знаешь, иногда так хочется жёсткого, хлёсткого секса, чтобы прям выносило, — продолжала она, приводя себя в порядок. Натянула платье, встала посреди комнаты, не зная, то ли подойти ближе и обнять, то ли выпроводить нежданного гостя. — Может, чаю? — растерянно предложила она, заглядывая мне в глаза.
— Да не стоит, уже всё и так получил, — вторя ей, ответил я. — Пожалуй, пойду.
Она согласно кивнула и, прислонившись к стене в проходе, смотрела, как я надеваю свои шлёпанцы и собираюсь уходить.
— Ты хоть вспоминаешь меня? — грустно спросила она на прощание.
— Всегда и в самые интимные моменты, — соврал я.
Она засияла и махнула рукой, будто не поверив:
— Иди же, придурок! Пока-пока!
***
День намечался прекрасным. Оценивая своё состояние на сегодня, до вечера я был полностью удовлетворён. Неожиданной стала эта встреча с бывшей подругой, но, как я понял, в остальные дни моего отдыха были шансы разнообразить Аньку и другими бывшими одноклассницами. С Иркой и Любой я, кстати, раньше дел не имел и даже видел их ухажёров школьных времён, но встреча с Надеждой меня приободрила — чем чёрт не шутит, девушки любят вспомнить былое, может, и меня, несчастного молодого мужчину, в полном расцвете сил и без женского внимания, сердобольные подруги одарят частичкой своей любви?
Так, кстати, и вышло. Ирка умотала куда-то отдыхать, а с Любой мы пересеклись. Пришлось погулять с ней всю субботу, чтобы она потом дала. Секс был так себе, и особо вспоминать об этом не стоит. Скажу только,
Сходили в клуб.