пользовались мной, менялись, уходили и приходили новые. Мое тело онемело от усталости и удовольствия, лицо и грудь были липкими от спермы, волосы растрепаны.
Слава, не помня себя, бросился к туалетам. Женская была пуста. Он подошел к мужской. Дверь была закрыта, но из-под нее сочился свет, и доносился тот самый гул, который он слышал в трубке. Смех, похабные комментарии, шлепки и... хлюпанье. Множественное, влажное, отчаянное хлюпанье. Он с силой толкнул дверь. Кто-то держал ее изнутри. — Эй, занято, мужик! Жди своей очереди! — раздался грубый окрик. — Я не в очередь! Я ищу жену! — заорал Слава и снова ударил плечом в дверь. На мгновение створки подались, и он увидел. Увидел то, от чего кровь застыла в жилах, а сознание отказалось верить.
Картина была одновременно шокирующей и откровенно порнографической. В центре небольшого помещения, на грязном кафельном полу, стояла на коленях его Вика. Ее топик был задран и весь в сперме. Ее грудь, те самые большие, соблазнительные сиськи, ради которых он когда-то с ума сходил, были голыми. Они болтались в такт ее движениям, тяжелые, с широкими темными ареолами и набухшими сосками. Они подрагивали, когда ее тело сотрясали спазмы. Но самое ужасное было ее лицо. Оно было залито спермой. Густая, белая, липкая жидкость покрывала ее щеки, подбородок, стекала по шее на грудь, смешиваясь с потом и слюной. Ее губы, распухшие, были испачканы в той же субстанции. А вокруг... вокруг нее стояло человек десять-двенадцать. Мужиков разного возраста. Все с расстегнутыми ширинками, с торчащими, возбужденными членами. Они стояли плотным кольцом, упиваясь зрелищем. А я... его Вика работала, давясь и хрипя, а ее язык лихорадочно скользил по членам, облизывая и посасывая, издавая те самые хлюпающие звуки, которые он слышал в трубке. Ее руки, с накладными ногтями, сжимали еще два члена, дроча их в такт движениям ее головы. Ее глаза были остекленевшими, пустыми, но в их глубине плясали бесенята животного, ненасытного удовольствия.
Слава застыл в дверях, не в силах пошевелиться. Его мозг отказывался обрабатывать информацию. Это была его жена. Та самая Вика, которая готовила ему завтрак. А теперь... теперь это была конченая, вся в сперме блядь на коленях в мужском туалете, с голыми сиськами и двумя хуями во рту. — ВИКА, СУКА! — его крик, полный боли и ярости, на секунду заглушил весь гам. Она медленно подняла на него взгляд. В моих глазах не было ни стыда, ни раскаяния. Только дурманящая смесь алкоголя, спермы и разврата. Я вообще ничего не понимала, что происходило. — Сла...аа... — булькнула я, и сперма вытекла у меня из уголка рта. — Ты что... не предупредил... — пыталась сказать я, но не могла из-за спермы в горле, которую не могла проглотить, а только хрипела. — Ты что, охуела?! — он рванулся вперед, но его остановили. Двое крепких парней преградили ему дорогу. — Успокойся, мужик. Не мешай тусовке. Видишь, твоей тёлке нравится. — Она моя жена! — Ну и что? — засмеялся другой. — Значит, ты ее плохо удовлетворяешь. Смотри, как она сосет! Мастер своего дела! Таких шлюх надо по клубам водить и ебать! Нахуй тебе такая блядь нужна??? Все заржали...
— Хуесоска, скажи, ты блядь???? — ДА, ДААА, Я БЛЯДИИИНААА! Хуесоска!
Слава попытался прорваться, но его оттолкнули. Он видел, как к Вике подходит следующий. Это было последней каплей. Слава почувствовал, как в нем что-то обрывается. Ярость, ревность, обида — все смешалось в один черный, липкий ком. Он больше не мог этого видеть. Он, отталкивая ошеломленных парней, схватил
Женщина (Инструкция к пользованию)