реакцией был страх. Безоружная четырнадцатилетняя девочка, ростом не более пяти футов и весом менее девяноста фунтов, но люди боялись ее. Атея шла по Нотабиру с улыбкой на лице.
Храм Гании было легко найти. Он был построен на месте рынка и являлся одним из самых больших зданий в Нотабире. На ступеньках, ведущих к передним воротам, стояла девушка. Атея подошла к девушке и посмотрела на тело, которое когда-то принадлежало ее подруге Рабине. Девушка никак не отреагировала, когда Атея взялась за воротник ее рубашки и разорвала ее до пояса. Она уставилась на засохшую кровь, которой была отмечена незаживающая рана возле сердца.
— Девушка, которую ты убила, была моей подругой и любовницей. Я не сомневаюсь, что у тебя был приказ, и я убеждена, что у тебя не было особого выбора. Сегодня моя семья хочет купить мою преданность, а ты – подарок. Просто жест, ничего не стоящий и ничего не меняющий. Пойдем в дом и посмотрим, что еще они могут предложить.
Девушка последовала за Атеей внутрь, что еще она могла сделать.
Внутри Атею встретили два священника в белых одеждах.
— Леди Атея, я брат Финас Наден, священник Первого ордена служителей Гании. Позвольте сказать вам, что конгрегация, ожидающая вашего общества, - самое грозное собрание религиозных авторитетов, о котором я когда-либо слышал. Для меня немыслимая честь быть избранным хозяином этого собрания. Тем более что братство удостоило меня чести принять в нем участие как представителя Гании, Великой Матери, - сказал ей взволнованный священник.
— Какой смысл в твоем присутствии? Гания даже не знает о твоем существовании, а если бы и знала, я убеждена, ей было бы все равно. Твоя вера – это насмешка, завуалированная ложь. Ее использовали для обмана, и долгое время она работала, но теперь твое священство больше не нужно. В каком-то смысле можно сказать, что Гания основала себе новую религию. Если ты хочешь быть полезной, то можешь показать мне, где проходит это собрание, но на этом твое участие закончится, - ответила Атея.
Жрецы просто смотрели на нее с ошеломленным недоверием.
— Похоже, я переоценила вашу полезность. Неважно, я уверена, что смогу найти его сама, - закончила Атея и пошла дальше, оставив жрецов позади.
Проходя по храму, Атея чувствовала, а точнее, не чувствовала ничего. Здесь не было того присутствия силы, которое она ощущала в храме Нируми в племени амазонок или в храме Ипохоны в Парасе. Это было обычное здание, похожее на таверну или рыбацкую хижину. Здание было мертво для ее сознания, но не его обитатели. Присутствие бессмертных было для нее как маяк в ночи. Она могла бы найти их с закрытыми глазами.
Атея поднялась по винтовой лестнице, которая вела к куполу над северным крылом. Это была самая высокая часть храма, а также самое высокое здание в Нотабире. Высота купола достигала почти тридцати ярдов. В конце лестницы находилось небольшое фойе перед высоким порталом – входом в купол.
Стоя перед дверью, Атея повернулась к девушке, которая стоически следовала за ней, не произнося ни слова.
— Я приняла подарок. Уходи, ты свободна. Не потому, что я хочу, чтобы ты провела несколько приятных последних дней, а потому, что я хочу, чтобы ты помнила, каково это – быть свободной и не испытывать боли. Мы встретимся снова, и не будет ни прощения, ни милосердия, только отчаяние и вечность.
Девушка молча удалилась, и Атея открыла дверь.
Круглое помещение опоясывали высокие колонны, поддерживающие куполообразную крышу. Центр крыши был сделан из стекла диаметром около пяти ярдов. Стеклянная крыша и высокие окна по всему периметру обеспечивали достаточно естественного света, чтобы в
вожделение