должна оставаться соблазном. День, когда твой голод будет утолен, станет последним днем этого мира, - размышляла Яне.
Робан повернулся и посмотрел на нее. – Мне стоит попробовать твою не такую уж маленькую попку. Я видел ее и уверен, что ты согласишься, что это самая красивая попка на Калмире.
— Конечно, это так, но это неважно. Ты можешь получить ее в любое время, и поэтому она не утолит твой голод, - отмахнулась от его предложения Яне с грязной ухмылкой.
— Ты говоришь о Подчинении с такой же красивой задницей, но я говорил о самой желанной попке Яне, принцессы Эриланской. - Робан не сводил с нее пристального взгляда.
Глаза Яне вспыхнули, поняв его смысл. - Это было мое решение, и я дала обещание, но я не давала его тебе. Я подчинюсь, во всем, но это будет последний шаг моего подчинения. Так что позволь нам обоим насладиться предвкушением, в лучшем случае на протяжении всей вечности, - прошипела Яне сквозь стиснутые зубы.
— Разве не ты только что говорила мне, что Атея – единственная, у кого напряженная задница? - спросил Робан, смеясь.
— Ты испортил мне настроение, хозяин. Как бы то ни было, твоя сестра ждет тебя, и она не одна. С ней кошка, и она беспокойно расхаживает по комнате, - сообщила ему Яне.
— Ничего не выйдет, Яне. Ты не можешь отдать то, что не должна отдавать. Клин между тобой и Подчинением будет все шире, если ты не найдешь другого выхода, - сказал Робан, не обращая внимания на ее отказ.
— Не называй ее Подчинение, ее зовут Веланти, - сердито потребовала Яне.
— Веланти – это имя друга или, может быть, любовника, а Подчинение – имя моей рабыни, - спокойно ответил Робан.
Яне удрученно вздохнула. - Почему она выбрала тебя?
— Я уже говорил тебе, но ты не поняла тогда и не поймешь сейчас. Она никогда не выбирала и никогда не выберет. Подчинение родилось в рабстве, а она родилась с хозяином.
— Судьба, ты прав, я никогда этого не пойму. Но у меня тоже нет выбора, если я не могу быть ее госпожой, мне тоже придется стать рабыней, господин, - ответила Яне.
— Ты рабыня, просто не покорная, - заявил Робан, пожав плечами.
— Но я должна быть ею, я дала слово, - хмуро ответила Яне.
— Удачи тебе, рабыня, - хмыкнул Робан.
— Мне не нужна удача, мне нужен хозяин, достойный этой уникальной рабыни. Это значит, что нам обоим придется постараться, - возразила она и теперь улыбалась, пусть и немного зло.
— Да, мы будем стараться изо всех сил и смягчать боль, которую она причинит, наслаждаясь предвкушением нашего окончательного успеха.
Замечание Робана стерло улыбку с ее лица.
— Я буду стараться, а ты мне поможешь, другого пути нет, - упорно твердила Яне, глядя на него.
Он вернул ей взгляд и пристально посмотрел на Яне. Некоторое время они смотрели друг на друга, но в конце концов Робан просто кивнул и во второй раз за этот вечер вышел из комнаты, бормоча себе под нос.
— Если моя рабыня прикажет, я, конечно, повинуюсь.
Атея лежала на кровати, облокотившись спиной на подушки, и была такой же обнаженной, как в день своего рождения; это был первый восхитительный вид, который предстал перед Робаном, когда он вошел в комнату. Вторым зрелищем была черная пантера, сидящая на подоконнике в дальнем углу ее покоев, но появление Робана сразу же изменило ситуацию. Рычание, короткий прыжок с подоконника, два быстрых шага, еще более продолжительное рычание и еще более продолжительный прыжок – и перед ним возникла
Ступенью выше Рубенса