его женщины вернутся на корабль, - ответил Киорак, ярко ухмыляясь, отчего его лицо стало почти дружелюбным.
Тем временем около двадцати норгов наблюдали и слушали с перил корабля и, услышав замечание своего капитана, тоже заулыбались.
— Тебе заплатят, если ты уйдешь без них, имбецил! - огрызнулся барон Сафос, покраснев и разозлившись.
Его слова вызвали внезапную и жуткую тишину, а затем Киорак посмотрел на офицера и стражников, стоявших за спиной агента, и заговорил.
— Мы – Норгар, когда наш вождь покидает Кургат, мы сражаемся друг с другом за право быть на его корабле. Мне повезло, его сестра поручила моему старшему брату выбрать один из кораблей нашего клана, но команда сражалась за свое место на нем. Очень немногие норгарцы, сражавшиеся рядом с нашими вождями, выжили и вернулись в свои дома и семьи, но среди тех немногих, кому это удалось, были величайшие вожди нашего народа. Ни один вождь Норгара до Ургона не погиб в Кургате, но каждый из них вернулся на своем корабле. Мы поджигаем его и смотрим, как он удаляется от гавани Фальката. Команда никогда не покидает корабль. Теперь я и мои люди, двести норгов, будем искать нашего вождя, Робана Магона, пока не найдем его. Если не найдем, наши братья тоже отправятся на поиски. Мы найдем его, и он покинет Парас на военном корабле норгов.
Закончив свое выступление, офицер королевской гвардии Готы наблюдал, как Киорак и все норги вокруг достали свое оружие. Громко ругаясь, он и его люди тоже достали свои мечи. Опередив всех, Киорак ударил боевым топором между плечом и шеей барона Сафоса. Он ударил его ногой, чтобы освободить свой топор, а затем двинулся на стражников и их офицера. Никто не видел, как избранный агент ее величества упал с пирса. Некоторое время он лежал на воде, прежде чем окончательно утонуть.
Атея стояла у входа в их спальню и наблюдала за братом и Чалиссой. Робан стоял позади стоящей на коленях девушки и нежно поглаживал ее по бедрам и талии. В противовес его ласкам Чалисса жалобно скулила и впивалась когтями в простыни. Она пыталась вытянуть свое тело вперед и отстраниться от него и его члена, который глубоко погрузился в ее попку. Атея подошла к брату и еще немного понаблюдала за ним.
— Зачем ты мучаешь ее? Ей это не нравится, как, наверное, Дениссе, а со мной ты бы так не поступил. - В ее голосе не было обвинения, Атее было просто любопытно.
— Разве она не прекрасна; посмотри, как свет от камина отражается в блеске пота на ее гладкой смуглой коже, - мягко ответил Робан, игнорируя вопрос Атеи.
Мучительный стон Чалиссы прервал ее жалкое хныканье.
— Неужели ты не можешь полюбоваться ее красотой, не мучая ее? - спросила Атея, забавляясь отсутствием ответа брата.
— Тебе это может показаться пыткой, но на самом деле мы ведем переговоры и пытаемся найти баланс, - ответил Робан.
Чалисса медленно отодвинула от него свое тело, и только головка его члена все еще была внутри нее. Он так же медленно потянул ее за бедра назад, пока снова не оказался глубоко погруженным в ее задницу. Чалисса издала измученный стон, а затем слабо задергала пальцами по простыне, пытаясь снова отстраниться.
На лице Атеи появилось озадаченное выражение. Она забралась на кровать и легла рядом со свернувшейся калачиком спящей Мейрой, а затем посмотрела в глаза Чалиссе. Если раньше она была озадачена, то теперь лицо Атеи выражало еще большее изумление. Она поцеловала Чалиссу и улыбнулась.
— Хассика, наверное, сказала бы, что ты еще одна глубоко озабоченная женщина и что
Мяу. 4 и 5 часть